Тут я посмотрела на свое черное платье, верх которого был пропитан кровью, — мое сознание начало расплываться, и в следующую секунду меня поглотила темнота.
В этот раз очнулась я под мерный перестук колес и, открыв глаза, поняла, что я в поезде. Это ж сколько времени я была без сознания? Раньше никогда не падала в обморок, а за последние два дня он стал для меня чуть ли не обычным состоянием.
Повернув голову, я увидела Макса, который смотрел на меня мрачным острым взглядом. Мне сразу захотелось впасть в беспамятство снова.
— Ты понимаешь, что мне хочется тебя убить?
— Почему? — поинтересовалась я, садясь.
Тело все затекло и ломило, а еще очень хотелось есть. О чем я и сообщила шефу, и он тут же вызвал проводника.
— Таисия, ты хоть понимаешь, какой опасности себя подвергла?
— Прекрасно понимаю. Но зато мы устранили угрозу, которая висела над нами, и еще не известно, сколько бы такая ситуация длилась. Так что я все сделала верно.
— Ты мне солгала!
Посмотрев на Макса, я заметила:
— Давай смотреть правде в глаза. Теперь ты знаешь всю картину, которая на тот момент была, и прекрасно, не хуже меня, понимаешь, что другого выхода у нас не было. А насчет правды… Я могла тебе даже теорию Лоренцо не передавать. Информация, которую я утаила, не относится к нашей работе, и ею я вольна распоряжаться по своему желанию.
— Ты мне солгала?! — На скулах Макса играли желваки.
— Ты мне тоже, — не собиралась я уступать, и зря.
Мой шеф разразился такой гневной речью, что проводник, постучавший в купе и открывший дверь, подался назад. Рявкнув несчастному заказ, Макс сам захлопнул дверь и продолжил читать мне обличающие «морали», метая громы и молнии.
Я сидела молча и смотрела на него, мысленно просчитывая, за какое время Лагфорт выдохнется. Но тот проявил неустанное рвение в моем воспитании, и, когда проводник опасливо принес мне поесть, шеф только перевел дыхание перед следующим заходом.
Но продолжить я ему не дала.
— Макс, не понимаю, что ты завелся? Твой наемный работник, которым ты вертишь как хочешь и которому врешь направо и налево…
— Таисия, не зли меня еще больше. Во-первых, я тебе за пятнадцать лет соврал впервые. И если ты чего-то не знала, то я просто тебе недоговаривал, но никогда не лгал. А насчет моего безразличия могу сказать только одно: ты, кажется, забыла, что с тобой я не ношу фильтры.
И шеф кивком указал на стол, где лежали вышеуказанные приборы.