Незадолго до этого она родила мертвого ребенка и, ослабленная трудными родами, стала легкой жертвой смертельной болезни. Следующие несколько месяцев были наполнены страданием, с которым, как казалось Полли, ничто не могло сравниться. Потом, через полгода, заразился ее отец и вскоре соединился в могиле со своей любимой женой. Полли взяли к себе Люси и Том Марриот. Благочестивые мормоны, они дали ей приют и любовь и терпеливо ждали, когда она примет их веру. Но Полли так ее и не приняла.
Стало быстро темнеть.
— Полли, Полли!
По дорожке ей навстречу бежал Джаред Марриот. В темноте белый капор Полли светился как фонарь. Она тоже чуть было не побежала навстречу Джареду, но, вспомнив, что в корзинке у нее лежат яйца, пошла более спокойным шагом. Наконец Джаред добежал до нее и, запыхавшись, сказал:
— Я боялся, что с тобой что-нибудь случилось.
Полли рассмеялась и позволила Джареду взять у нее тяжелую корзинку.
— Это у сестры Филдинг-то? Самое страшное, что могло со мной случиться, если бы козы сжевали подол моего платья, как в прошлый раз, когда я туда ходила.
Но Джаред, обычно улыбчивый, был мрачен.
— У нас опять случилась беда. Соседи из Иллинойса нагрянули к Спенсерам и под дулами мушкетов выгнали их из дома.
— Кто-нибудь пострадал? — У Полли замерло сердце.
Она уже привыкла к тому, что мормоны вызывали ненависть везде, где бы ни появлялись. И в нападениях на их отдельно стоящие фермы и усадьбы не было ничего нового. Нападали если не индейцы, то добропорядочные граждане Иллинойса, требовавшие, чтобы проклятые мормоны убирались подальше от их дверей.
— Нет, никто не пострадал, хотя это только благодаря Всевышнему. Брат Спенсер сразу же хотел вернуться, но отец уговорил его остаться с семьей на ночь у нас. Сестра Спенсер и девочки очень напуганы.
— Джаред, почему они это делают? — спросила Полли, когда они вошли на широкую улицу, ведущую к основательному каменному дому Марриотов.