Как ни жаждала она избавиться от Полли, она слишком боялась гнева Черного Пера, чтобы помогать пленнице.
В ту ночь Полли выдворили из вигвама и оставили на холодной земле под шкурами, привязав ее руки к деревянному столбу. Уходя со своим воином в теплый вигвам, индианка посмотрела на Полли со злорадством. Полли мысленно пожелала ей всего хорошего и сосредоточилась на том, чтобы освободить запястья от ремней, которыми ее связали. Вокруг, рыча, бродили собаки, потом все стихло и уснуло. Полли пыталась перетереть ремни о дерево, она жевала их зубами, но ей не удавалось даже ослабить их.
Следующие несколько дней с ней и обращались как с домашним животным. Тяжелая работа, которую Полли приходилось выполнять в караване, была пустяком по сравнению с тем, чего от нее требовала жена Черного Пера. В первый раз Полли гордо отказалась. Тогда индианка позвала мужа, и тот отхлестал Полли по спине до крови.
Погода менялась. На холмах таял снег, талые воды переполняли ручей, наступала весна, но Полли сомневалась, что увидит эту весну. Этой ночью или через несколько следующих ночей, Черное Перо возьмет ее в своем вигваме, а потом убьет. Побег, представлявшийся совсем легким, оказался невозможным. Близились сумерки, сквозь костер Полли увидела, что в ее сторону идет Черное Перо, и поняла, что он знает, что она больше не неприкасаемая.
"Она беспомощным жестом отбросила от лица волосы. Было бы лучше, если бы он взял ее еще несколько дней назад. Лучше бы она умерла а ту первую ночь или во вторую, а не жила бы эти дни в напрасной надежде на побег и спасение.
Послышался топот скачущей лошади. Полли резко повернула голову на звук. Индейцы, уезжавшие на охоту, давно вернулись, и этот звук вдруг всколыхнул в ней неистовое, не подвластное разуму чувство. Но оно почти мгновенно умерло.