Но даже без приказа… Японцы очень осторожны, и если бы они отвели 12-ю дивизию для удара во фланг, то лишили бы нас давления в спину. Вероятность разгрома наших оставленных под Ляояном сил просто была бы сведена к нулю, и мы бы получили возможность в любой момент без проблем уйти к Мукдену.
— Как обезьяна с орехом! — улыбнулся Огинский.
Я кинул: действительно вышло похоже на старую индийскую сказку. Там в кувшин клали орехи, обезьяны засовывали лапы, чтобы их ухватить, а потом… По отдельности и лапа, и орех через горлышко проходили, а вместе нет.
— Да, если бы японцы перестали тратить силы, чтобы не дать нам уйти — чего мы и не собирались делать — то им было бы гораздо проще. А так они и себя в маневре ограничивали, и нам руки развязали.
И мы снова вернулись к обсуждению боя. Правда, само наступление, которым так гордился я сам, Куропаткина не особо заинтересовало. Он словно из вежливости покивал пару минут, пока я заканчивал свой рассказ, а потом от тактики и стратегии перешел к политике.
— Для начала Линевич, которого поставят во главе армии, — начал он. — Николай Павлович хороший генерал, вы должны его помнить по штурму Пекина в 1901-м…
— Помню, — кивнул я, хотя… конечно, не помнил.
— Его главная полезная черта для армии — последовательность. Он не будет спешить, не будет гнаться за славой ради быстрого успеха. А главная же полезная черта в Линевиче для вас лично — это его самостоятельность. Николай Павлович не потерпит, чтобы ему указывали, что делать с его офицерами, поэтому… Просто так вас домой не ушлют, но и на Баден-Баден не рассчитывайте. Пойдете в самое пекло и либо снова сможете показать, что достойны оказанного вам внимания, либо сгорите, и даже пепла не останется.
— Есть пойти в самое пекло, — я улыбнулся, вспомнив, что недавно мне то же самое говорил и Огинский. Почти слово в слово.
Как ни странно, пока все идет хорошо. И пусть вроде бы союзник Сергей Александрович проявил себя как самый жесткий враг, пусть недавний покровитель Алексеев предпочел умыть руки, а явный недоброжелатель Куропаткин, наоборот, прикрыл.