Сегодня я должна успеть много всего по работе, а потом с мамой съездить к врачу на профилактический осмотр. Мама живёт в съемной квартире, но отец настоял на переезде в более удобную и уже лично мою.
Я же существую на два дома, то с мамой, то в доме отца. Но моя мачеха все чаще устраивает так, чтобы мы с отцом ни на минуту не могли остаться наедине и пообщаться. Благо, что работаем вместе, и поэтому есть возможность просто поговорить, вместе пообедать. Этого достаточно, чтобы быть в курсе дел друг друга.
И ещё в моей жизни теперь есть Василий.
Это важно для нас обоих, я давала себе время обдумать, что и как происходит между нами. Вася стал важной частью моей жизни, этого отрицать не могу.
А Петра я за время, прошедшее с аварии лифта, видела два раза. Первый раз это произошло через неделю после выписки из больницы, когда нас вызвал следователь.
Кроме скупого приветствия Пётр не сказал мне ни слова, избегая даже смотреть на меня. А мне казалось тогда, что грохот сердца в моей груди слышен и следователю, и причине этого стука, Петру. Но волнение, похоже, испытывала я одна.
По версии следствия, нас с Петром пытались убить, повредив лифт. Я была шокирована такой информацией, совершенно не понимала, кто мог это сделать.
А Пётр, похоже, знал. Меня опросили и отпустили, а мой бывший начальник остался давать показания дальше.
Позже я узнала, что не обошлось без обиженной женщины. Сотрудница фирмы Петровского, пыталась отомстить за безразличие к себе. Подробности мне неизвестны, но девушка явно была очень оскорблена и сердита, если решилась на убийство.
Не знаю, были ли отношения между Петром и этой дамой, но не удивлюсь, что были. Пётр умеет обдать безразличием, когда человек ему больше не интересен. Это я испытала на себе.
А второй раз я столкнулась с Петровским в доме знакомых отца, куда нас пригласили на день рождения.
Она весь вечер скромно молчала и только изредка что-то негромко говорила Петру, который выглядел так, словно у него трёхдневный запор. Взгляд хмурый, губы сжаты, сам весь напряжен.
Как назло, я сидела за столом прямо напротив моего бывшего начальника, который делал вид, что я пустое место.