Руслан просто вернулся домой.
Хочу разбудить и спросить, как все прошло в «Генезисе». Или ударить его за то, что оставил меня здесь умирать от тревоги.
Но вместо этого импульсивно обхватываю грубые щеки ладонями и впиваюсь в жесткие губы.
Ответ следует незамедлительно. Руслан молниеносно вторгается в мой рот, опять показывая, кто здесь главный. Углубляет поцелуй, жадный, страстный, отчаянный.
Прижимает меня к себе, вышибая воздух из легких, скользит ладонью вдоль поясницы, сминает блузку, забирается под ткань.
Но мне мало. Мало его. И я почти готова простить ему все…
Обвиваю руками его шею, притягивая мужчину еще ближе, если это вообще возможно. Запускаю пальчики в жесткие волосы, перебираю, спускаюсь к шее. Вонзаюсь ногтями в кожу, чувствуя, как от меня к Руслану начинает течь энергия: ему это нужно сейчас.
Ком слегка отстраняется, сонно рассматривает меня.
- Простила все же, - не улыбается, а чуть приподнимает уголки губ.
«Еще чего», - возмущаюсь мысленно, а сама целую Руслана еще раз.
- За что именно? – сама удивляюсь, каким спокойным тоном произношу это, будто мне и вправду все равно.
- Ань, - серьезно окликает Руслан и отбрасывает локон с моего лица.
Приподнимается на локте и подается вперед. Нависает надо мной, вынуждая лечь спиной на кровать и откинуть голову на подушку. Окружает, обездвиживает, полностью заключает во власть своих рук.
- Диана, - называет ее по имени, а я вздрагиваю, словно она вдруг оказалась в нашей постели, третьей лишней. – Докторша, - Ком исправляется, заметив мою реакцию, - многое надумала себе после…
- После чего? – не выдерживаю паузы Руслана, с трудом подавляя желание ворваться в его сознание.
- Я был убежден в твоей смерти, Аня, - говорит, будто оправдывает свои действия, отчего мне становится только страшнее.
Импульсивно тянусь к его щеке рукой, но Руслан резко перехватывает ее, целует запястье, а потом заводит мне за голову, крепко фиксируя. Чтобы не отвлекала. Не мешала говорить.
А я не уверена, что хочу слышать правду.