Я вытащу вас из любой тюрьмы или пыточной, я успею до того, как вас заставят заговорить, и я помогу вам скрыться от преследования. Так что… не убивайте себя.
И сказав это, лорд Аскеа покинул кабинет, избегая моего потрясенного взгляда.
***
Когда за главой Тайного департамента закрылась дверь, я медленно вернула фарфоровую чашечку на стол, пребывая в совершеннейшем потрясении. Меня подозревали, я знала это. Я с самого начала знала это. Подозревали абсолютно все, и связь с Заклинателями была самой очевиднейшей вещью.
Я всегда видела в нем друга, несмотря на все предупреждения Каенара, придворных и даже Гродари. О главе Тайного департамента никто и никогда хорошо не высказывался, но я изначально относилась к нему иначе, зная о той печальной участи, что может его постигнуть в случае, если план Эльтериана удасться. И вот в результате… лорд Аскеа действительно оказался хорошим человеком. Возможно из-за моего доброго отношения к нему, возможно причиной того был мой почерк (видимо Эльтериан был прав в отношении чувств, что питал глава Тайного департамента к искусству каллиграфии), но в любом случае, лорд Аскеа стал моим другом.
Но сумею ли я когда-либо рассказать ему о том, что никакого яда при мне нет? Едва ли. Лучше быть под подозрением как пособница Заклинателей, нежели как некто, коему Небеса дали второй шанс и теперь я проживаю жизнь заново.
***
Время ночи подходило к концу, но наступило то самое темное время, после которого начинается рассвет, однако, даже зная это, в подобные мгновения испытываешь зябкое иррациональное чувство липкого страха.
Давно следовало отправляться спать, но время от времени ко мне заглядывали представители рода Риддан, все как один с военной выправкой и в основном в доспехах, и требовали то план катакомб, а их под землями герцогского поля для выпаса премиальных скакунов оказалось изрядное количество, то схему потайных ходов, то заброшенные хранилища, удачно расположенные в скальных породах, где одинаковая температура сохранялась и зимой, и летом.
К самому темному времени ночи поток посыльных иссяк.
Вскоре внизу в замке послышался голос бывшего герцога, распоряжения он отдавал быстро и четко, как и всегда.