Она осмотрелась и увидела, что Лиза рядом со «своим генералом». Ирине даже стало завидно, вот так вот взять и определиться с тем, кто тебе нужен, и даже больше ни с кем не танцевать.
Отца было жалко, он выглядел устало, но всё же согласился остаться еще на немного, чтобы посмотреть «огненное шоу»
Фейерверки Ирэн понравились, взлетая в московское небо над дворцовым парком и над площадью перед Кремлём, они были великолепны и поражали обилием цвета и мощностью заряда.
Пока Ирэн стояла, практически «разинув рот» к ней подошёл Якоб и попросился сопровождать её в Никольский.
— Только в Николький? — переспросила Ирэн
Но Якоб непонимающе на неё посмотрел, и она подумала, что возможно он не в курсе того, что ей говорил Шувалов и предложение сопроводить её до имения, исходит исключительно от него самого.
Возможно, что все эти вопросы, которые она обсуждала с Шуваловым, обсуждались только самым ближним кругом императора, в который вероятно Якоб не входил.
Она ещё не знала, что к Якобу «прилагался» наследный принц Ханидана.
После фейерверка желающие могли откланяться, и Лопатины воспользовались этим.
Уставшие, сами не понимающие как им удалось пережить этот долгий день, Лопатины приехали в дом наместника. Прасковья Валуевна с дочерями уехала с бала ещё раньше, поэтому Ирина рассчитывала увидеть тёмные окна, предполагая, что уставшие после бала Гайко будут крепко спать.
Но им открылось совсем другое зрелище, все окна были ярко освещены, во дворе дома стояли кареты, бегали слуги, разгружали багаж.
— Батюшка, вы понимаете, что здесь происходит? — спросила Ирэн отца
Но Леонид Александрович сам с недоумением смотрел на всю эту яркую суету.
Удивлённые Лопатины вошли в дом и были оглушены громкими возгласами, потому что в холле было полно людей, красиво одетые, статные, громкоголосые, все они были черноволосыми, с очень знакомым профилем.
Увидев Ирэн с отцом, одна из пожилых, женщин обернулась и с радостным возгласом набросилась с объятиями на Ирэн
— Вай-вай, Ирэн -джан, дай я тебя обниму.
Увидев, что Ирэн не понимает, кто они и что, несколько обиженно проговорила с лёгким грузинским акцентом:
— Я бабушка, — видя, что Ирэн продолжает не понимать, повторила, — бабушка Давида.
Оказалось, что это прибыло семейство Дадиани.