— А я уж подумала было, что ты меня в какой-то замаскированный лупанарий приволок.
— Мира! — укоризненно произнёс Брут. — Я, конечно, не могу похвастаться неизменно кристальной чистотой помыслов. Но приглашать девушку, пусть и бывшую, в лупанарий…
— Хорошо, хорошо, — усмехнулась принцесса. — Интересно, а сколько раз здесь был ты?
— Это второй, — тут же ответил Маркус.
Мирабэль с иронией посмотрела на парня.
— Как скажешь, — хмыкнула девушка. — К счастью, я не твоя девушка. Теперь."
"И посмотрела мимо Маркуса.
— А мне казалось, что в королевстве куда строже нормы морали, — произнесла Мирабэль с лёгким недоумением.
Обернулся и Маркус. И да, речь оттуда доносилась на литторал.
— Ты что там себе придумал, а? — возмущённо говорила одна из девушек.
— А что я придумал? — отвечал парень. — Вы уточните, леди.
Разумеется, и Мирабэль, и Маркус прекрасно понимали язык Аустверга.
— Мне не нравится этот парень, — с неудовольствием произнёс Маркус.
— Отчего же? — ехидно спросила Мирабэль.
Брут в ответ скривился. А этого… Прямо сейчас одна из девушек, не стесняясь, повернула голову парня и впилась в губы.
— Фу, что за манеры? — фыркнул Маркус, отворачиваясь.
— Почему я слышу зависть в твоём голосе? — насмешливо спросила принцесса…
… На середину площадки выбежала девушка в белом. Одежда её, кроме столь яркой белизны, ещё и поблёскивала, словно в ткань вплели стеклянные нити. Характерный блеск для мисрийского виссона. В Мисре эту ткань называют «шеш».
Так же, как и у первых танцовщиц, на этой девушке сверху была лишь грудная повязка. Но в руках она держала полупрозрачную вуаль, которая изначально прикрывала её плечи.
Вместо штанишек на этой девушке юбка. И так короткая, она ещё имела слева такой разрез, что ногу видно вплоть до шортиков телесного цвета. Да, девушка, по факту, демонстрировала своё самое нижнее бельё. Причём, сначала показалось, что она вовсе без белья.
Зазвучала красивая, ритмичная и при этом наполненная тягучим голосом флейты музыка. Танцовщица закружилась под неё.