Галопом я неслась к свободному извозчику, поджидавшему пассажиров на дороге возле гостиного дома. Говорю же, у меня появилось новое увлечение. Рута гадает на кофе и тихонечко шаманит в спальне за закрытой дверью, а я от мужиков, приличных и не очень, сломя голову сбегаю.
Коттедж встречал мертвой тишиной и тяжелым запахом влажности. Хотелось зажечь в гостиной камин, но в прошлый приезд я едва не угорела от чада, а нанять кого-нибудь, что прочистить засорившийся дымоход, так и не сподобилась. Пришлось плестись в спальню и натягивать теплые вещи: полосатые гольфы, начесанные лосины и растянутый свитер, чуть сточенный на спине молью, который когда-то давно носил Трэн.
Утеплившись, я спустилась обратно. Входная дверь оказалась распахнутой настежь и демонстрировала пустынную погруженную в серые сумерки улицу. Сердце нехорошо сжалось. На всякий случай я выглянула на террасу, но ни одного оживленного Энбри Полта не обнаружила. Заперла замок, добралась до кухни…
Ходячий труп был вовсе не на улице, а в грязном и словно изжеванном костюме застыл посреди кухни.
Я оцепенела. Судорожно пыталась вспомнить памятку из кабинета некромагии, но от страха в голове помутилось и всплывали только наставления преподавателя, что с оживленным мертвецом следует себя вести как с медведем-шатуном. Дурацкий совет, право слово! На улице проще встретить какого-нибудь… Соверена Гарда, чем медведя.
На кухонном прилавке, всего в шаге от меня, стояла чугунная сковорода, которую старая Грэм считала лучшей защитой от зомби. Не доверять Грэм было глупо, она многое повидала!
Я осторожно потянулась к грозному оружию, но Энбри Полт был не диким животным, реагирующим на угрозу, а мертвецом, готовым сожрать все, что умело шевелиться.
Плохо осознавая, что уже зажимаю двумя руками длинную ручку чугунной сковороды, я размахнулась. Господи, кому расскажешь — засмеют! Мощный удар свернул зомби шею и отбросил на несколько шагов.