Малышка легко прошмыгнула в крошечную дверцу, но мгновенно оттуда высунулась:
— Чего так медленно?
В отличие от шестилетнего ребенка мне пришлось сложиться, согнуться и только после кое-как втиснуться в зеленое нутро домика, засыпанного песком. Боясь шмякнуться макушкой о крышу, я немедленно пристроила пятую точку на узенькую лавку и машинально поправила девочке шапку.
— Смотри, Лэр-ри! — прошептала Хэйзер и пальцем указала в угол домика.
Я не сразу поняла, кого именно она показывает.
— Это Кыш, — важно объявила Хэйзер. — Он спит.
Бес бдел! Огромные острые уши, торчавшие на круглой башке, незаметно подрагивали.
— Почему ты назвала его Кыш, сладкая? — спросила я, стараясь не делать никаких резких движений. Вернее, просто вцепилась в край узенькой лавчонки и даже глубоко не дышала.
— Ну, нянечка увидела его в комнате и закр-ричала: «Кыш, кыш!». Он и улетел в окно. Забер-ри его!
Без всякого пиетета она схватила демоническую зверюшку и содрала с перекладины. Бедняга вытаращил алые глаза, вместо агрессивного шипения из клыкастой пасти вырвался странный сип.
— На! Пусть он поживет с тобой, — потребовала Хэйзер.
Бес недобро дернул глазом. Живо представив, как Рута выставит меня из дома вместе со зверенышем, коробкой с золотистым платьем и охапкой завядших роз, я тоже дернула глазом и мягко улыбнулась:"
"— Воробышек, давай лучше мы прихватим мышку, когда вместе поедем домой.
— Он любит жр-р-рать, — со смаком выдало нежное создание.
— Хэйзер, где ты услышала это плохое слово?! — охнула я и ударилась затылком о деревянную стенку домика с таким звуком, словно бабахнула по пустой кастрюле. Смешно сказать, но почему-то стало стыдно перед демоном.