— Никлас Фолл, может, и не молод, но является достойнейшим господином! А я его уже сорок лет знаю! И ко всем своим женам, между прочим, он относился с большим пиететом.
— Только почему-то ни одна не выжила, — со смешком напомнила я. — Давайте, госпожа сваха, разойдемся без скандалов. Вы удержите неустойку, а я заберу остаток залога и спокойно уйду. Идет?
— Хотите забрать залог? — вдруг заерзала она в кресле, что-то напряженно обдумывая, и вдруг широко улыбнулась:
— Послушайте, Лаэрли, зачем же рубить с плеча?"
"От внезапной перемены настроения я несколько ошалела.
— Знаете, на острове Анадари есть поговорка: «первый блин всегда комом», — заговорила сваха.
— Нет такой поговорки, — уверенно покачала я головой.
— Ну, может, на острове Клермон, — закатила она глаза. — Речь не о том. Пусть первый блин всегда комом, мы не обязаны им давиться, правда?
— Простите, госпожа сваха, но у вас такие образные метафоры, что я начинаю терять нить разговора…
— В общем, есть превосходный мужчина! Просто ягодка, первый сорт! — Она решительно поднялась с кресла.
— Он здесь? — обалдела я.
Может, она решила пожертвовать собственным мужчиной? Бедняга спокойно похрапывает на втором этаже в общей спальне с белыми занавесками и не подозревает, что его решили передать незнакомой нимфе, не переносящей мясо, не умеющей петь и совершенно ничего не смыслящей в семейной жизни. И спит он, значит, а сваха — хоп! — перевалила «ягодку» через плечо и потащила женить.
— Что вы, не здесь, конечно, — развела она руками, мол, где тут спрятать высококлассного жениха, одни диваны да портьеры. — В архиве.
В воображении горячий полуголый самец, раскинутый на подушках, оказался связанным, с кляпом во рту и спрятанным в дальнем углу архива за бумажными коробками. «Первосортная ягодка» мычит, дергается и пытается освободиться, искренне желая свободы, а не семейной жизни, а мадам Салазар за шкирку решительно тащит его по паркету знакомить с будущей владелицей — ой! — женой.
— Вы нас познакомите? — осторожно уточнила я.
— Конечно. — На накрашенных губах скользнула прозрачная улыбка. — Сейчас принесу.
— Жениха? — жалобно промычала я.
— Анкету и гравированную карточку, — подсказала она.
Уф! У меня чуть нервный припадок не случился. Впору пить успокоительные травки от живого воображения.
Вскоре она вернулась с голубой папкой в руках.