Без десяти одиннадцать Джулиан отложил ручку и потер кисть, оглядываясь по сторонам, будто заснувший в поезде пассажир, который проснулся в чужой стране. На глаза ему попалась Натали, все так же стоявшая за стойкой.
– Спящий проснулся, – коротко усмехнулась она."
"– Извини, что?
– Это из «Дюны». Из книги. Прости, неудачная шутка.
– Удачная, – улыбнулся Джулиан, – просто я ее не читал.
– Хорошая книга. – Натали направилась к нему, и он поднял чашку и тарелку со стола. – Давай, позволь мне…
– Да ничего страшного…
– Нет, пожалуйста, это моя работа.
Натали забрала у него посуду, но, прежде чем успела зайти за стойку, Джулиан поинтересовался:
– Вы скоро закрываетесь?
– Минут через десять.
– И… ты работаешь одна? Каждый вечер?
– Да. Днем я учусь в Университете штата.
Натали понятия не имела, что заставило ее рассказать об этом. Возможно, желание показать, что она не просто бариста, хотя раньше эта профессия не казалась ей какой-то зазорной.
Кажется, Джулиан все равно ничего не услышал.
– Это безопасно?
– Здесь безопасный район. И я живу наверху, так что…
– Наверное, не стоит об этом рассказывать всем подряд.
У Натали вспыхнули щеки.
– Я и не рассказываю. В смысле, обычно.
– Прости, – произнес Джулиан. – Очевидно, это прозвучало так, будто я сам преступник и пытаюсь выпытать у тебя информацию. Это не мое дело.
Он быстро натянул толстовку и собрал свои вещи.
Натали прикусила губу. Ужасно хотелось признаться молодому человеку, что он ее ничуть не пугает.
– Ты много работал. Что пишешь? – выпалила она и ощутила, как щеки снова окрасились в алый. – Забудь, прости. Это не мое дело.
– Ничего интересного. – Он бросил тетрадь в сумку и быстро застегнул ее. – Пока ничего. Может, что-то получится. Посмотрим. – Казалось, что он тоже с трудом подбирает слова. Но потом Джулиан все же спросил: – А ты пишешь?
– О нет, совсем нет. Я учусь на бухучете. Я читаю, но писать самой мне не хватает красноречия.
– Сомневаюсь, – Джулиан снова мечтательно улыбнулся, – очень в этом сомневаюсь. – Он повесил сумку на плечо. – Доброй ночи, Натали.