Душманы далеко уйти не могли. И ротный приказал начать преследование банды. Мы догнали их к вечеру. Банда вошла в горный кишлак. И встретили их там теплом, хлебом, солью. Свои же, родные! Борцы за независимость. Мы, как и пилоты «вертушек» из вашего рассказа, не стали долго думать. Атаковали кишлак и разнесли его к чертовой матери, не думая, бросая гранаты в дома, кто находится внутри. Группа духов у кальяна или женщины с детьми. У всех перед глазами стояли растерзанные трупы наших ребят! Позже за уничтожение кишлака нашего ротного тоже хотели судить.
Бывший полковник козырнул:
— Есть, командир!
Развернулся, направился к уцелевшим домам.
Гурадзе сплюнул на камни.
Тоже мне, нашел пример. Поплыл полковник. Духов пожалел. Себя жалеть надо. И думать, как отработать задачу здесь, выжив при этом. Хотя Семенов не выживет. Идейный полковник, у которого от распада Союза и агрессии против Чечни напрочь сорвало крышу, свое отжил.
Гурадзе направился к дому.
К 19.20 и главное здание, и остальные дома размещения отряда боевиков были приведены в порядок. Ужин приготовлен, бойцы Гурадзе накормлены. Один из тяжелораненых умер. Его тут же похоронили. Вели начал готовить шашлык для Черепа и Чавадзе.
Гурадзе, проверив работу систем жизнедеятельности базы, присел в кресло. И тут же его спутниковый телефон выдал сигнал вызова.