Видимо, ожидание дается ему с трудом, тем более когда подельник имеет свободу передвижения, а он такой возможности лишен.
— Это не совсем так! Мы прослушиваем дом, а посему мне известно, что в нем происходит. Так вот в прошлый раз, когда мы впервые встретились и я приказал установить контроль над домом, господин Моллаев в 0.20 имел разговор с Черепом.
— Вот как? Значит, Вахид меня обманул.
— Да, обманул.
— А кто был инициатором разговора?
— Череп! И знаешь, что он в первую очередь спросил у Моллаева?
— Откуда?
— А спросил Гурадзе, где в тот момент находился ты.
Подполковник достал миниатюрный магнитофон, включил воспроизведение. Капитан услышал голос Гурадзе:
— …это хорошо! Пусть расслабится.
— А вы уверены, что он гуляет с проститутками, а не общается с ментами?
— Думай, перед тем как что-то сказать.
— Я готов!
— Ты связывался с Григоряном?
— Да!
— Он назвал дату подхода колонны?
— Назвал! Пятница, 18 августа. Время ориентировочно 16–17 часов.
— Хорошо! Что у нас Панов?
— Он тоже готов!
— Обстановка вокруг объекта?
— Спокойная!
— Товар?
— В таре!
— Документы?
— До развилки с ними можно проехать!
— Дальше они не потребуются.
— Штатная!
— Хорошо! Вопросы ко мне есть?
— У вас нет проблем с федералами?
— Мы контролируем подход к базе со стороны Кунгаса, другие тропы противнику неизвестны.
— Странно, что русские еще не вышли на базу!
— Ничего странного! Они проводят поисковые мероприятия там, где нас нет. Ими управляет Москва. Наш друг очень помогает. Но долго подобная чехарда продолжаться не может, поэтому в середине недели мы должны решить все вопросы.
— Тогда пора подтягивать усиление.
— Оно будет у вас в нужном месте и в нужное время.
— Я понял! Вопросов больше нет!
— Тогда до связи! Следующий сеанс непосредственно перед операцией «Пламя». До этого ты можешь выходить на меня только в экстренных случаях и в отсутствие Макарова. Капитан не должен знать о наших переговорах.