Проститутка похотливо взглянула на чеченца:
— Выпейте с нами!
Моллаев отказался:
— Спасибо, не могу! Я на работе!
— Да кто здесь на работе?
Она повернулась к партнеру:
— Котик! Я хочу, чтобы кавказец выпил с нами.
Тот ответил:
— Дорогая, закрой на время свой рот, или я заставлю тебя не пить с официантом, а делать ему минет.
— Фу, как грубо!
Директор рынка приказал Моллаеву:
— Открой бутылку и уходи!
Вахид взглянул на тучного мужика. Подумал: «Свернуть бы тебе шею, жирная свинья». Но сдержался. Улыбнулся. Вытащив из бутылки пробку, тихо удалился.
Гулянка в усадьбе набирала обороты. Часам к двум некоторые мужчины, приглашенные мэром, уже спали, кто за столом, кто в гамаке, кто просто на траве ухоженной поляны. Женщины голыми устроили пляски под ритмы зарубежной музыки, громыхавшей из мощных динамиков дорогого музыкального центра. Моллаев захотел в туалет. Таковой наверняка был в доме, но идти в здание, охраняемое снаружи хмурым крепким внешне мужиком, не решился. Не стоит светиться перед трезвыми охранниками.
Вахид прошел в кусты пристроенной полосы. Сделал свое дело, повернулся, чтобы вернуться к мангалу, но неожиданно перед ним появилась голая блондинка. Она обхватила шею чеченца, прижавшись к нему и шепча на ухо:
— Возьми меня, горец! Я так хочу тебя. Вы умеете трахать баб, знаю. Трахни и меня.
Моллаев попытался вырваться из объятий проститутки, та держала его крепко.
— Еще! Сильней! Глубже!
И взвыла, когда сильнейший оргазм едва не лишил ее сознания. Сделав свое дело, Моллаев встал, надел брюки. Поправив рубашку с бабочкой, спросил у раскинувшейся в траве проститутки:
— Ты довольна?
— Не то слово! Вы действительно мастера трахать баб.
Моллаев усмехнулся:
— Потом подойдешь ко мне, оставишь телефон, будет время, позвоню! Сама меня в ресторане не ищи. Поняла?
— Да, конечно, поняла! Я оставлю тебе номер своего мобильного телефона. Ты можешь звонить в любое время суток, а в ваш ресторан я не хожу.