Если б у нас такое десятилеткам показывали, они бы все сплошь потом шли в священники!
– Вы все, заткнитесь! – кричит Шарлотта. Она закрывает глаза, массажируя виски, точно ополоумевшая мамаша, прежде чем окончательно свихнуться и задушить своего новорожденного малыша прямо в кроватке.
– Я ходатайствую о внеочередном голосовании.
Я хмурюсь от заявления Абигейл. Я оглядываюсь и вижу, как она подталкивает локтем находящуюся рядом Оливию, которая поддерживает ходатайство, хотя явно не понимает, почему.
Шарлотта медленно кивает.
– Ладно, проводи свое голосование.
– Все, кто за то, чтобы исключить Джулс из сестринства Каппа Хи и выселить ее из особняка, поднимите руки.
Стоп.
Что?
Почему-то я думала, что Абигейл защитит Джулс, а Шарлотта защитит Абигейл. Я так долго была в сестринстве мишенью, что забыла обо всех своих старых надеждах и мечтах о женской солидарности, о близких подругах, которые бы поддерживали меня и прикрывали мою спину.
Но заявление Абигейл привносит в Каппу неожиданное искупление, и во время голосования все объединяются.
– Хорошо, единогласно, – с кивком говорит Шарлотта. – Джулиана Манн, единогласно решено, что члены Брайарского отделения Каппы Хи утратили веру в твою приверженность нашим общим принципам сестринства, и настоящим ты отлучена и изгнана из нашего особняка.
– Вы что, гоните? Это несправедливо! – спорит Джулс, с мольбой глядя на Абигейл. Она оглядывает комнату, шокированная и удрученная, когда никто не приходит ей на помощь. – Серьезно? Ладно. Идите все к черту. Счастливо оставаться.
Джулс мчится по лестнице в свою комнату, пока остальные сестры сидят, огорошенные тем, что сейчас произошло. Я хорошо знаю это чувство."
"– Тейлор, – слышится смущенный голосок.
– Шеп прислал мне ссылку секунд за пять до того, как ты пришла, – добавляет Робин, смотря на Ребекку. – Мы не смеялись над этим, клянусь.
Мы с Ребеккой отвечает кивком. Не уверена, что я им верю, но они хотя бы извинились.