– Ты не должен ничего объяснять.
– Должен. Это мое право. Потому что я больше не хочу никаких секретов. С моей стороны точно. Я не хочу, чтобы у тебя была хоть одна причина сомневаться во мне или мне не доверять.
– Я тебе доверяю.
Он поднимает взгляд, и в его холодных серых глазах я вижу все раны, которые я нанесла. Неуверенность, которую я в него вселила. Месяц назад я бы сказала, что Конор, мать его, Эдвардс неуязвим перед всеми и всем. Невосприимчив к сердечной боли.
Я ошибалась.
– Тогда почему? – резко спрашивает он.
– Потому что я всегда так делала. Я пряталась. – От стыда у меня сжимается сердце. – Спрятаться казалось более безопасным вариантом, путем меньшего унижения. Оборвать все связи, сбежать, и все будет в порядке.
– Жаль, что ты не верила в то, что я буду рядом.
У меня расширяются глаза.
– Боже, нет, ты не понимаешь – я не сомневалась, что ты будешь рядом. Я как раз знала, что могу в это верить. Но я не хотела заставлять тебя через все это проходить.
Я тяжело сглатываю, потому что внезапно мое горло пересохло.
– Мне нужно, чтобы ты кое-что знал, – начинаю я. Опять сглатываю. – Я выдумала все ужасные вещи, которые я тебе сказала. Я сказала их только из-за того, что мне нужно было, чтобы ты смирился с нашим разрывом. Это было неправильно и обидно, и я прошу прощения за то, что мне не хватило смелости сказать тебе правду. – Слезы щиплют мои глаза. – Я боялась того, что ты обо мне подумаешь, боялась, что тебе будет за меня стыдно.
"– Я вижу только тебя. – Он берет меня за руку и начинает гладить большим пальцем тыльную сторону моего запястья. – Такой, какая ты есть. Я не ожидаю, что ты будешь каким-то недосягаемым идеалом. Для меня ты… настоящая. – Его губы изгибаются в полуулыбке. – Упрямая, своевольная, настырная, смешная, умная, добрая, слишком строгая к себе, язвительная, саркастичная, измученная, но при этом скрывающая свой оптимизм.
– Учитывая то, как мы познакомились, да? – говорю я с улыбкой.
– Я знал, что ты нервничала. Даже была напугана до усрачки. – Он продолжает большим пальцем нежно гладить мою кожу, даря спокойствие, которого я не чувствовала уже несколько дней.