За горизонт! [СИ]

Что дальше было?

— Ну… они спросили что-то типа «сваливаешь, жидовская морда?» и потребовали деньги, раз мы такие предатели родины. Заявили, что мы перед родиной в долгу, а они пришли за этим долгом. Папа ответил, что ничего нет, что всё забрали власти, но бандиты не поверили и снова стали его бить. Потом один схватил меня и сказал, что… э-э-э…

— Можешь не говорить…

— Да ладно… сказал, что… поимеет меня на глазах у папы… ну то есть, он грубее сказал… и начал рвать платье. Правда порвал не очень сильно… ворот только.

Ну, там облапал меня пару раз… Тогда папа сразу отдал все твои деньги за квартиру, но они заявили, что знают, будто у него их гораздо больше. Это всё по кругу повторялось, пока он не отдал им всё.

— Описать их сможешь?

— Бандитские рожи, мерзкие, вонючие, худые, похожие на животных.

— Рост, комплекция, цвет волос, может, что-то необычное запомнилось.

— Один вроде цыган, два зуба золотых, чёрные волосы… Глаза у всех такие холодные… А, у того, что с ножом был, губа верхняя со шрамом, вроде как рваная… А третий… не знаю, тупая морда… а сам покрупнее тех двоих.

Он вообще ничего не говорил, слова не произнёс… На меня всё время смотрел. Не отрываясь, прям…

— Руфочка! — раздаётся испуганный голос Мартика. — Кому ты всё это рассказываешь⁈

Он забирает у неё трубку:

— Кто это? Алло!

— Это я, Март Вольфович, — говорю я. — Егор.

— Егор! — стонет он. — Такое горе у нас, такое горе… Прописку завтра не сможем…

Он не договаривает и начинает горько рыдать.

— Вы кому-то говорили о наших с вами делах? — пытаюсь преодолеть я эту стену плача.

— Что вы, что вы! Я же не выжил из ума. Ни одной душе, только Гале. Какое горе! Вся жизнь прахом! Они… Они…

— Сильно вам досталось?

— Я? Мне? Да что я! Они Руфочку схватили.

Он начинает рыдать:

— Всё, что нажил честным трудом! Всё же пропало! Подчистую! А теперь ещё и жить негде будет… Но с пропиской нужно повременить, я совершенно не в состоянии. Совершенно! Там ещё такая чехарда с бумажками…

— Что вы думаете насчёт милиции? — спрашиваю я.

 — Если заявлять, то нужно это делать срочно, чтобы была возможность раскрыть по горячим следам!"

"— Что вы! — в ужасе выдыхает он. — Это расстрел! Это… Нет, нет и нет! Немыслимо. И главное, уже везде уволились и даже сдали учебники! Боже, Боже, Боже, что мне теперь делать⁈ Вся жизнь под откос! Какой я идиот, ведь это только со мной могла такая жуткая история случиться. Только со мной! Нет-нет-нет… Никакой милиции. Никакой, вы слышите?

— Ясно.