За горизонт! [СИ]

И из носа.

На самом деле, проходит всего-то около трёх секунд, не больше. Кажется, что время замедляется и почти останавливается, но в действительности… раз, два, три… может, четыре.

Подскакивает Алексей и, не успев отреагировать на изменения в ситуации, бьёт Назара крепким кулаком по затылку. Не слишком основательная фигура Лимончика складывается чуть ли не пополам и отлетает к окну за диван.

— Стоп-стоп, — останавливаю я своего защитника. — Ты так его убьёшь.

С одной стороны, это хорошо было бы, поскольку у меня прямо руки чешутся свернуть ему шею, но с другой — прямо сейчас добавило бы кучу проблем.

Может, и не огромную, но, в любом случае, надо сначала разобраться с компроматом на Чурбанова. Возникли бы тёрки с блатарями, стопроцентно. И тут, в принципе… всё зависело бы от возможностей Ферика и веса Цвета… От веса, да… от тяжести… Но от веса будет зависеть и предстоящая сходка…

Подбегают милиционеры:

— Что вы творите здесь!

— Всё хорошо, — хриплю я.

 — Человек оступился и упал. Но ничего страшного, всё будет в порядке. Не беспокойтесь.

Драки нет, ничего не происходит, милиция счастлива. Я откашливаюсь, горло саднит. Вот же козья морда. Подхожу и легонько пихаю Назара в бок ногой. Он начинает шевелиться и тихонько стонет. Смотри-ка, когда в беззащитном состоянии, тоже на обычного человека похож…

Он садится на пол и опускает голову, обхватывает её руками, касается пальцами ушей, потом подносит к глазам.

Смотрит на руки, они испачканы кровью… Как старик, покачивая головой, он пытается подняться. Со второго раза получается. Он встаёт и, опираясь на спинку дивана, замирает на месте. Поднимает глаза и молча смотрит на нас с Алексеем.

— Кто к нам с мечом, — подмигиваю я. — В курсе, да?

Взгляд его становится злобным и он молча и немного недоумённо смотрит на меня и на Лёху. Неужели ничего не помнит? Это вряд ли, конечно, хотя было бы потешно.

— Жив, курилка? — спрашивает мой бодигард и, повернувшись ко мне, добавляет.

 — Может, ему отшибить нахрен башку?

— Чёт занесло тебя, деда, — бросаю я Назару. — Больше так не делай. Ты слышишь меня? Или пытаешься по губам читать?

— Слышу, — морщась так, будто каждый звук даётся ему с величайшим трудом и причиняет нестерпимую боль, отвечает он. — В конец ты охерел, сосунок. На кого руку поднял? Ну ладно… ничего, жизнь научит. Вспомнишь ещё деда Назара. Обещаю.