За горизонт! [СИ]

Поэтому от пищи я благоразумно отказываюсь, чем вызываю недоумение у своей суженой. Она встала, приготовила, а я не оценил. Но ничего, Бог даст, ещё оценю когда-нибудь.

Выхожу из дома, сажусь в машину и еду в «Узбекистан». За рулём Алик, на переднем сиденьи Лёха, на сердце суматоха…

Подъезжаем заранее, как договорено с Кухарем. Ресторан ещё закрыт, но «буханка» с моими бойцами уже стоит здесь. Отлично. Я подхожу к служебному входу и уверенно стучу. Вскоре дверь открывается, и немного испуганный сторож запускает нас внутрь.

"Парни идут в небольшой вестибюль перед салоном, где должна пройти встреча, а я со своими защитниками ищу кабинет главбуха. Внутри меня ждёт Кухарчук. Он кладёт передо мной три пачки стодолларовых купюр по десять тысяч каждая и ещё раз подробно меня инструктирует. Я забираю деньги и иду в салон, вернее, в небольшой холл перед салоном.

Я тоже инструктирую своих парней, они внимательно слушают и каждый занимает предназначенное ему место.

Время тянется медленно. Но, ничего не поделать, приходится ждать.

Ещё через некоторое время раздаётся шум и голоса. Появляется виновник торжества. В вестибюль врывается с Лимончик со своей гвардией. Шесть крепких и высоких пацанчиков.

Мы договариваемся всё оружие оставить здесь, как и придирки, недоверие и подозрительность. Вернее, я это предлагаю, но Назар стоит на том, что с ним должно быть двое его людей. Поэтому я тоже беру двоих — Лёху и ещё одного молодого ковбоя.

Кроме двоих защитников, Лимончик заводит с собой ещё одного дядю, несуразного, долговязого и немолодого.

— Проверит доллары, — поясняет Назар.

Я киваю.

— Ты получил моё послание вчера? — усмехается он, намекая на Наташку.

На этот раз я ничего не отвечаю. Ни словом, ни жестом.

Наши ребята обыскивают нас и не находят никаких нарушений договорённостей. Оказавшись в салоне, я передаю баксы эксперту, а Лимончик — лилию моему ювелиру.

Надеюсь, доллары будут настоящими, иначе конфуза не избежать.

Ювелир передаёт мне лилию, подтверждая подлинность, а дед Назар берёт три пересчитанных пачки. Всё это происходит быстро и как-то обыденно, без пафоса, неизменно долженствующего появляться в такие важные моменты жизни.

Дырка в стене, прикрытая тюбетейкой, всё ещё на месте. Я бросаю взгляд на стену, в которую какое-то время назад вошла моя пуля.