К Лимончику, впрочем, даже это не относится, он добрым не выглядит. Думаю, глубоко переживает своё унижение, а также тот факт, что вынужден был обсуждать свою личную жизнь.
И хотя всем, по большому счёту, давно плевать на то, что у законников иногда появляются постоянные женщины и даже приносят приплод, формально эта тема остаётся табуированной.
Ну, а что я могу сделать, если человек дурак? Спесивый, властолюбивый и всё такое прочее.
— Вот ведь, джентльмены, кто бы мог подумать, а мне прямо приятно вас видеть. Кто бы мог подумать, честное слово.
— Это любовь в натуре, — зубоскалит гранитный Лазарь.
— Но-но, с любовью шутить мы не будем, — усмехаюсь я. — Ева, позволите пригласить вас на танец?
— Потанцуй под музыку мою, — тянет небесталанный ресторанный лабух, удачно подражая Яку Ёлке, — всё равно, что в жизни суждено! Под мою ты музыку танцуешь всё равно…
— С удовольствием, — улыбается Ева и в этот момент диссонанс между ней, милой, образованной, рафинированной, элегантной, и вот этими джентльменами удачи, флибустьерами строгих и общих режимов, ржущими, жрущими и рвущими плоть невинных, становится очевидным и явно бросается в глаза.
Ты уйдёшь с кем-то ты уйдёшь
Я тебя взглядом провожу
За окном будет только дождь
Подберу музыку к дождю
Потанцуй под музыку мою
Всё равно что в жизни суждено
Под мою ты музыку танцуешь
Всё равно все равно
— Ева, что ты здесь делаешь? Среди разбойников и подонков. Мне это совсем не нравится, прости, что лезу не в своё дело.
— Мне так страшно, Егор, — шепчет она и прижимается всем телом, словно пытаясь любой ценой купить мою защиту.
Впрочем, это может быть игрой. Слишком много игр. Игра в игре на игре сидит и игрою погоняет.
— Так почему ты здесь? — спрашиваю я.
— Сергей Олегович пообещал свести меня с одним человеком.
— Серьёзно? Тебе нужно познакомиться с каким-то человеком? Ничего не понимаю. А Де Ниро в курсе, что ты здесь?
— Де Ниро? — изумлённо переспрашивает она.
— Нет, сорри, оговорился. Злобин. Злобин в курсе?
— Да, — вздыхает она.
— Не проблема, не говори, о чём не можешь. Но мне не нравится твоя компания.
— Мне тоже, Егор. Мне в ней очень неуютно.
Она льнёт ко мне, непроизвольно демонстрируя, что нуждается если не в защите, то, хотя бы в поддержке. Сердце у меня не каменное, между прочим, мягкое и отзывчивое, поэтому я глажу её по спине, пытаясь успокоить и даже кладу руку на затылок, когда она утыкается мне в плечо.