– Скорее всего, София познакомилась с Хьюзом после поступления в Академию, – начал я издалека. – Полагаю, их познакомила Беатрис. Обе девушки получают стипендию, вот их и поселили вместе.
Почти так все и было, в общем-то. Ларри Хьюз отправился работать в Академию только для того, чтобы познакомиться с мисс Крейн. И, конечно же, чтобы помочь своей дочери подружиться с блондиночкой. Две нищие, всеми презираемые бюджетницы просто обязаны были стать лучшими подругами.
– Ты это к чему? – с непониманием спросил мой венценосный брат.
– К тому, что практически уверен в том, как развивались события. В Академии у Софии появилась чья-то метка. Об этом Беатрис рассказала своему отцу, которому пришла в голову гениальная идея изменить немного рисуночек.
– Просто изменить метку было бы недостаточно, – прервал меня брат. – Она действительно выглядела бы как настоящая, но эмоции… Даже не верится, что их можно подделать.
Нельзя, естественно. По крайней мере, мне неизвестно, как такое провернуть. Однако, можно передать. Для этого всего-то нужно, чтобы у двоих людей было то, что их объединяет.
Что самое приятное – Себастьяна для этого не надо было обвешивать никакими артефактами, которые он вполне мог заметить. Оказалось достаточно, чтобы он когда-то давно надел на меня отличительный знак Архимага.
– Как это удалось – не знаю, – развел я руками. – Но вот кому на самом деле принадлежит метка, решил попытаться выяснить. Не считая нас с тобой, во всей Академии за этот год побывало всего одиннадцать драконов.
– Ты у всех взял кровь? – приподняв бровь, спросил Король.
– Не переживай, я все сделал незаметно. Они уверены, что просто случайно поранились."
"Ни слова больше не говоря, Себастьян потянулся к первому флакончику, содержимое которого вылил в чашу. Бросил туда же рубин, подождал пару минут, убедившись, что никакой реакции нет, а затем повторил манипуляцию со следующим «подозреваемым».
Десять раз результат был одним и тем же, а вот на одиннадцатый… Лишь только рубин оказался в чаше, кровь сразу в обоих бокальчиках стала бурлить. К сожалению, очень–очень слабо, но что я мог поделать? Рад бы, но использовать магию было нельзя, чтобы брат ничего не заподозрил.
– Странно, – «удивился» я увиденному. – Когда ты Кристину проверял, эффект был таким же?
– Нет. Тогда содержимое закипело, а обе чаши затрясло так сильно, что в итоге они перевернулись.