За стенкой. История Отиса Ревиаля

– Не переживай, у меня девять жизней.

– Если мы пойдём танцевать, они все кончатся, – Легран усмехнулся. Отис мог найти оправдание на что угодно. Но с Леграном этот манёвр не пройдет. Тем временем парень продолжил. – Конард, все смотрят. – Отис оглянулся по сторонам. Никто и не думал обращать на них внимание. – Плохая идея светиться еще больше. – Он сложил брови домиком в умоляющем жесте, но мелодия так и манила Леграна в толпу. Больше Конард не оставит его одного. Ревиаль видел, как рушатся его надежды.

– Может тебе клубничного чаю принести? Всем плевать, Отис, – Конард встал со своего места и посмотрел снизу-вверх на Ревиаля.

Тот поежился, что-то обдумывая. Легран не мог ждать так долго. Песня, да и в целом вечеринка может закончиться. – Отис? Эй, Отис, посмотри на меня. Ты мне должен. Помнишь? Пошли, Отис."

"– Да прекрати клянчить, как ребенок! – Ревиаль свел брови, сдаваясь. Ему определённо конец. – Это подло. – Отис сцепил руки на груди. – Ты самый настоящий шантажист.

– Да хоть Капитан Крюк! Поднимайся, песня кончится, – он протянул ему ладонь.

 – Давай Дин–Динь!

– Сам ты Динь-Динь, – Отис повертел указательным пальцем у виска, но руку принял. Песня уже дошла до второго куплета. Но возможно это не остановит Леграна от продолжения. Ревиаль хоть и чувствовал зов абсента, но говорил трезво, с понимаем происходящего. Он крепко сжал предплечье соседа и посмотрел ему прямо в глаза. – Это просто танец, Конард. Ты понимаешь?

– Будь, по-твоему, – передразнил Легран парня, но все же кивнул.

Отис отзеркалил жест, а потом его буксиром оттащили в центр толпы.

Их окатил свет откуда-то с потолка, он переливался красно-синим и туманил зрение. Басы били по ушам, отдавались в грудной клетке, стучали с сердцем в унисон. Отис и так был нетрезв, но сейчас полностью опьянел от ситуации. Он чувствовал, как ему на талию уверенно легли чужие руки, они потащили его вдоль по ритму песни. Отис только и делал, что пытался подстроиться под ритм. Это оказалось не так тяжело. Особенно, когда тебя направляют.

Он чувствовал каждый палец, словно они выжигали на нем клеймо. Ревиаль закрыл глаза, позволяя не только Конарду вести себя, но и свои собственным ощущениям. Дрожь рождалась в центре груди, расползаясь змеями по телу, задевая все на своем пути. Отис боялся развалиться на части, рассыпаться, сгореть, оставаясь кучкой пепла на паркете. Он знал, что открывать глаза плохая идея. Очень плохая.

Но все равно открыл.

Потому что Отис никогда не следовал правилам.