Я ведь могла отказаться.
— Могла. Но ты никогда не отказываешься. А после наших коротких встреч, как правило, всегда прощаешься со мной навсегда. Во всяком случае пытаешься. Да только я не даю.
— Может, я просто считаю это правильным?
— Ты всегда поступаешь как правильно?
Уже нет. Правильно было бы не открывать ему дверь.
— Так точно не делаешь ты, — на него стрелки перевожу, улыбаясь. — Как-то нехорошо заводить отношения, не разобравшись с предыдущими.
Заставляю себя смотреть ему в глаза. Я хочу каждую его эмоцию на мои слова поймать.
— Я просто не верю в способность женщин ждать.
— Вот как…
— Да. Ты правильно тогда сказала. Мы чужие друг другу люди. И как я буду выглядеть, если попрошу тебя подождать моего развода? Я не имею правда от тебя этого требовать.
— Значит, ты хочешь сделать нас не чужими друг другу, а потом уже просить подождать?
Ковалев ухмыляется, кивая, но эти кивки вовсе не ответ на мой вопрос.
— Тебе всегда все надо знать наперед?
— А тебе нет? Ты не думаешь о будущем?
— Думаю.
— Но, видимо, не в случае со мной. Со мной ведь все спонтанно, да?
— Такое и должно происходить спонтанно. Все самое искреннее — спонтанно. Не согласна?
— Да, наверное, — вынуждена согласиться.
Надо было мне, дуре, не брать тогда его пиджак, не ехать к нему в отель и не позволять себя целовать. Тогда бы я сейчас была свободна. Свободна от всего, что сейчас испытываю и от чего не в силах отказаться. Наверное, только по-настоящему отвратительный поступок с его стороны заставит меня перестать испытывать к нему чувства.
— У нас все-таки ужин, — хочет Ковалев поставить точку на этом. — Может, закажем уже что-нибудь?
Киваю ему. Открываю меню, но часто поглядываю на него. Если честно, не до еды мне сейчас, но все же от салата и маленького десерта не откажусь. Если буду рваться сказать ему какую-нибудь глупость, то сразу буду засовывать еду в рот.
Заказываю то, чьи названия кажутся знакомыми. Ковалев явно лучше меня ориентируется в меню.
Заказы приносят почти моментально, и я пробую очень вкусный салат с креветками.
"— Хотела спросить, сколько твоей сестре лет? — интересуюсь, приступая к десерту.
— Двадцать девять.
— Она в первый раз станет мамой?
— Да. Она долго и упорно отказывалась от семейной жизни. Но это всех нормальных людей рано или поздно касается. Природа.