Да, да… я знаю, что сама позволила ему сблизиться со мной. Но разве сейчас не видно, что я правда хочу все закончить?
Мужчина смотрит пристально, не моргая и не шевелясь. Страшно мне. Но я хотя бы теперь не вижу в нем того же горящего желания снова наброситься на меня. Самое время уходить. Это точка.
— Ничего больше не будет. Ничего, Ярослав. Я не буду тебя ждать и… Да тебе это и не нужно! Я просто игрушка для тебя. Просто… игрушка.
Пячусь, не сводя с него взгляда, и, добравшись до туфлей, просто хватаю их и сбегаю из номера.
Спустя неделю…
Осень. Очень я ее люблю. Нет, ею еще и не пахнет, но само понимание, что уже сентябрь, дает мне настроение. В сентябре день рождение мамы и мое. Правда, мое ближе к концу.
Я оправляюсь, как могу. Всячески отвлекаюсь. Даже с подругами время провожу чаще, чем делала обычно. Стараюсь как можно меньше бывать дома. Помогает.
От него… полная тишина. Всю эту неделю.
"Я и рада, и не рада этому… Смешанные чувства. Больше, конечно, рада. Все правильно. Все закончилось как нельзя лучше. Я даже ни разу на страничку этой твари больше не заходила. Запрещаю себе. Их свадьба вот-вот, но даже тогда я интересоваться не буду. Да и через три месяца не буду намеренно искать информацию, развелся он с ней или нет. Я сейчас притворяюсь, что мне плевать, но надеюсь, что скоро и впрямь так станет.
Кира сегодня задерживается. Обещала сразу после учебы приехать, но ее до сих пор нет.
И вот когда я уже совсем потеряла надежду на приход помощницы, Кира заносится в мой магазин. У нее на голове черт знает что. Ветрено сегодня очень. Прямо аномально.
— Ветер, да?
Кира не отвечает, лишь выставляет ладонь, прося этим жестом чего-то подождать.
— Что случилось? — хмурюсь, ухмыляясь.
— О, ты и вообразить себе не можешь, что случилось… — торопится достать смартфон из сумки.
— Да что там у тебя? — продолжаю резать розовую бумагу для цветов.
— Тебе показать или рассказать?
— Да говори уже, — тяну я, в предвкушении сплетни.
— Ковалев отменил свадьбу!
Глава 35
— Вот! Смотри! — показывает мне что-то на своем смартфоне Кира, но я не вижу. Перед глазами словно пелена, а в ушах так противно и оглушающе звенит. — Это официально.