Дойди до конца, вон там у фонаря поворот налево…
— Пошёл к чёрту, Набиев, — отмахнулась от следующего по пятам невидимого собеседника, мысленно радуясь, что он не бросил меня одну в этом лабиринте.
А ведь всё начиналось так хорошо: разговаривали по душам, без придирок и эмоциональных качелей. И вот опять он вывел меня на эти самые эмоции! И как у него это получается? С пол-оборота!
— Раньше ты не была такой вспыльчивой, — поравнялся он, улыбаясь краешком губ. По-моему, его всё только забавляло.
— Ты раньше тоже был, знаешь, чуточку посноснее, — резко остановилась и негодующе нахмурила брови: — Какого хрена ты выбросил мои часы?
— Я уже сказал, эта надпись «любимой» меня покоробила.
— Между прочим, вот эти серьги и кольцо мне тоже подарил Тимур! Их ты тоже выбросишь?
— А ты вымогательница!
— Знаешь что — сейчас же забери свой дурацкий браслет… — неуклюже цепляясь за застёжку непослушными пальцами, буквально пылала от гнева.
Когда он взялся пятернёй за моё лицо и, притянув ближе, поцеловал, я опешила, но даже не подумала отстраняться. Я ждала этого, хотела, мечтала, представляла…
Вцепилась в его рубашку, мысленно разрывая препятствие в клочья. Это был странный, безумный вечер, и конечно он был просто обязан завершиться именно так. Горячим, неумолимо страстным поцелуем.
Сумочка соскочила с плеча и с тихим стуком упала на асфальт.
Услужливая ночь спрятала под своим покровом наши сплетённые фигуры, и даже фонарь, мигнув в последний раз, с лёгким гудением потух, словно постеснявшись мешать нашему уединению.
Как же это сладко — целовать мужчину. Желать его до мозга костей, наслаждаться каждым прикосновением. Не вымучивать из себя жалкие зародыши страсти — а пылать от неё, растворяясь в греховном пламени.
— Поехали ко мне, — хрипло выдохнул он в мои губы. Не вопрос — приказ, которому невозможно не подчиниться.
Часть 74
Поехали ко мне — фраза, которую я ждала и боялась одновременно.
Во мне боролись две женщины: одна — жена и мать, и вторая… просто женщина. Влюблённая, немного сумасшедшая и пьяная от его умелых ласк.
Это будет волшебная ночь. Лучшая за последние девятнадцать лет…
Стало жарко, горло перехватил тугой спазм.