Решив, что поеду в любом случае — с ним или без него, всё-таки включила телефон, но не успела набрать по памяти цифры, как аппарат с лёгким жужжанием ожил в руках.
— Рассказывай, что там у тебя произошло, — требовательно проворчала Ася. — И даже не думай меня обманывать — не отвертишься!
— Это такая долгая история… — выдохнула, мысленно негодуя, что более неподходящего момента она подобрать просто не могла. — Я сама хотела тебе позвонить и поблагодарить за то, что выручила меня сегодня ночью. Ну, про ресторан, про Парк Горького… Ты как будто знала, что говорить.
— Конечно знала! Я же видела, как ты распивала вчера винишко с каким-то обалденным мачо. А ещё видела ваши сверкающие пятки. От меня удирали, что ли? Могла бы познакомить. Подруга, называется!
— Боже, мне так неудобно! Это… это был просто мой друг…"
"— Да-да-да, конечно! — заливисто рассмеялась Ася. — Он так пожирал тебя глазами! Ты даже не представляешь, как я рада, что ты воспользовалась моим советом и нашла отдушину на стороне.
— Прости, но я не могу. Уезжаю… в отпуск.
— С ним? — ахнула подруга.
— Ну, конечно, нет, скажешь тоже! Еду в гости к сестре.
— У-у, жаль, — разочарованно протянула Ася и отвлеклась на разговор с кем-то. Хохотнула, посюсюкала, затем быстро бросила в трубку: — Ну ладно, мне тоже пора.
В этом вся Ася, вот уж у кого жизнь бьёт ключом. Уверена — будь она на моём месте, то ни секунды бы не сомневалась: поехала без промедления и раздумий о грядущих последствиях. Это я вечно всего боюсь и не могу решиться.
Но как бы я не убеждала себя быть раскованнее, как бы не подбадривала мыслями, что назад дороги уже нет, всё равно долго не могла собраться с духом и позвонить Яну: битых полчаса бесцельно кружилась по комнате, всё ещё оставляя шаг к отступлению.
В конце концов всё же набрала номер. Я должна! Я должна поехать с ним хотя бы только для того, чтобы узнать, для чего он позвал меня с собой. Выяснить его мотивы. Это стало последним вбитым гвоздём в крышку терзающих сомнений.
— Надеюсь, ты уже сидишь на чемоданах? — вместо приветствия произнёс он, и я заулыбалась, совсем как девчонка. Как хорошо, что никто не видит сейчас моего глупого выражения лица.