Изрядному количеству своих питомцев он привил стойкую неприязнь к классической литературе. В этом однажды неосторожно признался восьмому «В» даже Андрей Станиславович. Правда, немедленно спохватившись, он добавил, что это шутка. Но ребята ему не поверили.
— Начнем урок, — строго оглядел класс Роман Иванович. — Сегодня у нас оригинальная тема.
Класс насторожился. Обычно Роман шпарил все почти слово в слово по учебникам.
— Чего это с ним? — склонился Женька над Темычем.
— Сам не знаю, — пожал тот плечами.
— Нам из Министерства просвещения пришла новая методическая разработка, — разрешил Роман Иванович недоумение учеников. — Каждый из преподавателей должен обогатить свой предмет одним уроком, посвященным оригинальной теме в рамках школьной программы.
— Разве такое бывает? — ляпнул Женька.
— Встать, Васильев! — скомандовал Роман Иванович. — Тебя до восьмого класса не обучили, что вопросы преподавателю задаются при помощи поднятой руки?
— Если так дальше пойдет, скоро будет «упасть — отжаться», — шепнула Катя на ухо Тане.
— Васильев! Сесть! Поднять руку! Встать! — словно прочел мысли девочки Роман Иванович.
— Видишь, — продолжала делиться впечатлениями с подругой Катя.
— Ничего удивительного, — спокойно отреагировала Таня. — Роман, когда был молодым, преподавал в суворовском училище.
— Теперь можешь вопрос задавать, Васильев, — разрешил наконец Роман Иванович.
Женьке задавать вопрос совсем не хотелось. Но куда же тут денешься? И он, запинаясь, проговорил:
— Мне, Роман Иванович, не совсем ясно, откуда может взяться оригинальная тема в рамках школьной программы?
— Садись, Васильев.
Роман Иванович, пошуршав минут пять листами толстой общей тетради, начал урок. «Оригинальная тема», однако, слушалась невнимательно.
Восьмой «В» сейчас куда больше захватывала другая дуэль. Между Быком и Гвоздем. Так как перед уроком литературы все уже знали, что Лешке Пашкову выпала честь выступить на дуэли в качестве секунданта, ему на парту то и дело плюхались записки.
Симпатии класса были на стороне Быка, или Васьки Быкова. Во-первых, Бык был из класса математички Светланы. Во-вторых, жил в Докучаевом переулке и общался со многими из восьмого «В».