Нет, не одно лицо, разумеется, но глаза, губы, фигура, походка… И как я раньше не заметил, что Василиса так похожа на…
– Уверен? – повторила она, приблизившись ко мне вплотную и скидывая камуфлированную куртку…
Тысяча кутрубов, как же она похожа на Марию! А я был уверен, что полностью выжег ее из своего сердца, – и вот передо мной снова она, желанная до того, что воздуха в груди не хватает, и вдохнуть тяжко, так как горло перехватило…
– Не бойся, сейчас не буду пить твою жизненную силу, – прошептала она, нежно касаясь пальцами моей груди и неторопливо опуская ладонь ниже… – Ты и правда спас меня, и за это я отблагодарю тебя так, как умею только я…"
"Но тут я почувствовал нестерпимый жар в руке, куда спряталась «Бритва».
И этот жар привел меня в чувство.
– Тормози, оборотень, – прохрипел я, делая шаг назад. – По ходу, не такая уж ты беспомощная, какой хочешь казаться.
Она усмехнулась.
– Ну, ты вроде меня в Кремль отвести собирался.
– Я туда пацана-сироту обещал доставить, а не перевертыша-псионика, умеющего принимать чужое обличье.
– Ладно, как хочешь, – сказала она – и принялась одеваться. И куда делась ее схожесть с Марией, ее красота несказанная, на которую я так запал вечером? Обычная девчонка с неплохой фигурой, хотя бывают и получше.
– Спасибо за комплимент, – сухо проговорила она.
И ушла, откинув рваную тряпичную занавеску и выскользнув через окно. Я же сел на останки кровати, подождал немного, пока перевозбужденное воспоминаниями сердце перестанет колотиться, оделся, доснарядил магазин «Вала», сожрал холодной последнюю банку тушенки – и тоже вылез наружу. В мир Кремля, который будет поопаснее любой Зоны отчуждения моего мира.
* * *Страшна своим запустением Чернобыльская Зона – особенно район Припяти, где панельные девятиэтажки смотрят тебе прямо в душу выбитыми окнами и беззвучно кричат пустыми проемами подъездов, лишенных дверей. Там все поросло деревьями, мхом, больной серой травой и унынием, которое, кажется, висит в воздухе подобно ядовитому радиоактивному облаку.
Но Москва после ядерной войны – страшнее.