А над его распростертым телом, к нам спиной, стояла сгорбленная старуха и читала заклинание. Уважать старость в данной ситуации ни я, ни тем более Ленка не собирались. Она выхватила из ниоткуда свой легендарный меч, который мгновенно вспыхнул голубым сиянием, и бросилась на ведьму. Видимо, это и была та самая помощница Лотара, которая ассистировала ему в магических экспериментах.
Селена ударила ее рукояткой меча в основание черепа. Старуха без вскрика свалилась на каменный пол. Мы бросились к Алексу. Раны его были неопасны, но ему все равно требовалась немедленная медицинская помощь.
– Девочки… – расплылся он в глупой улыбке.
– Молчи! – шикнула на него сердитая невеста.
– Как тебя угораздило? – задала я риторический вопрос, ощупывая шишку на его затылке. – Надо проверить на наличие сотрясения…
Сзади нас застонала старуха.
– Петра, – подал голос Гораций, – ведьма приходит в себя!
– Так напугай ее, – посоветовала призраку.
– С удовольствием! – засмеялся хранитель зловеще. – Что, ведьма, попалась на черных делишках?! – Кто-то охнул и снова глухо стукнулся о камни. – Впечатлительная она какая-то, – разочарованно произнес призрак. – Я еще даже куражиться не начал!
– Гораций, проверь, пожалуйста, где Лотар?!
– Слушаюсь, моя королева!
– Алекс, ты сам идти сможешь?
Вид у него был вполне транспортабельный.
– Могу. Ты только рюкзак свой забери.
– И где он? – осмотрелась вокруг и нашла свой любимый рюкзачок в углу зала. – Вижу!"
"Проверила, все ли на месте, ведь Лотар мог раскидать мои вещи по всему дому. Но, видимо, лжемаркиз был так уверен в успехе своей западни, что ничего не тронул. Алекс уже стоял на ногах, лишь придерживаясь за плечо Селены. Они о чем-то напряженно шептались.
– Ну попробуй. – Парень отошел к стене подальше от центра зала, жестами побуждая меня сделать то же самое.
Я по стеночке добралась до него, с удивлением следя за действиями Селены.
– Чего вы задумали?
– Разрушить пентаграмму. Это господину Фармазотти от нас сюрприз будет!
– Ага. Жаль только, что мы не увидим его лица в тот момент! Ого!
Селена опустила сияющий меч на камни, высекая на них какие-то знаки, от которых по линиям пентаграммы стали расползаться огненные струи.