А взятка начальнику блокпоста за мой беспрепятственный проход, которую передал ему человек со связями, истощила мой бюджет практически до нуля. Но, судя по отзывам бывалых сталкеров, у того, кто занимался безопасным проникновением сталкеров в Зону через контрольно-пропускной пункт «Дитятки», пока что проколов не было.
И сейчас мне предстояло убедиться в этом на собственной шкуре.
От аэропорта Борисполя до Зоны ходили такси – разумеется, за сумасшедшие деньги, которые оказались у меня последними.
То есть обратной дороги не было.
Что ж, я знал, на что шел, и это был только мой выбор…
Примерно за километр до КПП «Дитятки» водила остановил машину.
– Дальше не поеду, не обессудь, – сказал он. – На Кордоне усиление, пулеметчики на вышках получили начальственные втыки и вообще краев не видят. Могут по машине очередью полоснуть, и ни фига им за это не будет.
– Понимаю, – сказал я. – Без проблем.
И вылез из машины, которая, лихо развернувшись, рванула обратно – подальше от нехорошего места, где шальная пуля запросто может прилететь из ниоткуда.
Я же сошел с дороги в лес, где переоделся в ярко-оранжевый костюм, которые носят работники филиала Научно-исследовательского института аномальных зон, расположенного неподалеку от охраняемого периметра. В такую мишень захочешь – не промахнешься, но стрелять в ученых побаивались даже наглухо отбитые охранники Кордона. Ибо подобное чревато не просто местными разборками с научной элитой страны, но и международным скандалом.
Сумку с гражданской одеждой я забросил в кусты – и пошел по дороге, где вскоре из-за деревьев показались знакомые пулеметные вышки, двойное заграждение из колючей проволоки, а также двухэтажное кирпичное здание контрольно-пропускного пункта с двойным пулеметным гнездом на крыше: один ствол крупнокалиберного ДШК, установленного на станок, направлен в сторону Большой земли, второй – в сторону Зоны…
Я прям кишками почувствовал, как повернулись в мою сторону минимум три пулеметных ствола: с крыши КПП и с двух ближайших вышек.
Понимаю охрану. Подозрительно, когда ученого к воротам «Дитяток» не на институтском автомобиле привозят, а он на своих двоих из леса вываливается.
Но я был один, какого-либо вменяемого огнестрела на мне не наблюдалось, а брать на себя ответственность за беспричинное убийство безобидной институтской ученой мыши вряд ли кому захочется.