"
"– Лера, «прожила» – это глагол прошедшего времени. То есть событие уже произошло. Ты живая, здоровая, этот гад Стасик – за тысячу километров отсюда, не надо зацикливаться на былом. Мы можем до мозолей на языках кудахтать о том, какой Стас сукин сын, только я не понимаю зачем? Доченька, всегда думай лишь о настоящем и будущем, а прошлые невзгоды и ошибки стряхивай с себя, как с зонтика – капли после дождя. Я всегда так делала и делаю, поэтому и не нажила лишних морщин. Так что закрываем замшелую тему Стаса и возвращаемся к Виктору.
– Конечно же нет! – нагло соврала я. – И прекрати намекать, что Аблов мне симпатичен, потому что это не так. А глаза у меня блестели от слез, потому что Виктор надо мной откровенно измывался, пока не узнал, что я не участвовала в похищении его племянника.
– А-ах, – закатив глаза, блаженно выдохнула родительница.
– Какая, к черту, романтика? Напоминаю, он меня морил голодом и холодом мучил, – раздраженно прошипела я, а мысленно себя похвалила за то, что не все рассказала маме о событиях последних дней, опустила моменты поцелуев с Абловым и также то, что он предлагал помощь и финансовую поддержку.
Виктор
Глядя на разблокированный экран мобильного телефона, на котором высвечивалась дата и время, путем несложных подсчетов я определил, что прошло ровно три дня, два часа, четырнадцать минут и черт его знает сколько секунд с того момента, как мы расстались с Валерией в самолете.
Похоже, Лера не собиралась и не собирается мне звонить, а я, как осел, жду, не расставаясь ни днем, ни ночью с телефоном, подпрыгивая от каждого звонка.
Зараза какая!
Ну что ж… Лера свой ход сделала, уговор созвониться попросту проигнорировала, теперь пусть не жалуется, сама виновата.
Связавшись со своей помощницей и разгрузив остаток рабочего дня, я предупредил, что в офисе появлюсь только завтра, а сам направился с визитом к Лере.