Она из-за меня толком и не живет, замуж не выходит, детей не рожает. Может быть, она хотя бы сейчас одумается, начнет с кем-то встречаться. Я был бы этому рад.
– Тоже мне, – фыркнула я, – благодетель нашелся. А поговорить с девушкой не судьба? Объяснил бы все, как мне, и не пришлось бы бедняжку экзекуции подвергать.
– Я говорил, объяснял – не помогло.
Все обвиняющие факты закончились, я уткнулась в тарелку и молча жую кашу.
– Лера, тебя только судьба Елены волнует? А своей наградой за сдержанное слово не хочешь поинтересоваться? – не без ехидства спросил Виктор.
– Ну и какие же послабления в содержании меня ждут? – подняла я взгляд на Аблова.
– Вылезай из-под одеяла и вставай на ноги, покажу, – скомандовал он.
Заинтригованная, я шустро сползла на пол и, одернув футболку, жду, чем же меня облагодетельствуют.
Виктор неспешно подошел, пошарив в кармане, что-то достал, что именно – не разглядела, а потом опустился передо мной на одно колено.
Ой, мама родная, что происходит?!
Глава 17
Ошарашенно таращусь на темную макушку Аблова.
А сейчас, интересно, какого черта тут творится?
Аблов как специально держит интригу и, если не считать того, что он зачем-то лапает мою лодыжку, бездействует.
– А что, собственно, происходит? – осмелилась спросить я, и ровно через мгновение на ноге застегнулось что-то прохладное и плотно облегающее.
– Я надел на тебя браслет слежения, – пояснил Виктор, резко встал и уже с высоты своего роста хитро поинтересовался: – А ты что подумала?
– Ничего я не подумала. Откуда мне знать, какая на этот раз бредовая идея родилась в твоем воспаленном мозгу, – разглядывая черную штучку с мигающими лампочками, отшутилась я – ну не говорить же Виктору правду.
Сама не понимаю, почему минуту назад перед моими глазами летала фата с рюшами, а в голове звучал марш Мендельсона.
– Странное у тебя понятие о награде, – вытянув ногу с браслетом, сказала я. – Ошейник, пусть и на лодыжке, это всего-навсего новое унижение и способ контроля.
– Нет, если ты так расцениваешь возможность свободного передвижения, то я могу браслет снять хоть сейчас. – Аблов вновь присел на корточки и, задрав голову, лукаво, с прищуром, посмотрел.
– Снимать или как?
– Или как, – отскочила я на всякий случай в сторону.