— А что, урожай уже весь сняли?
— Нет, что ты, барин, страда еще долго будет.
— М-дэ… и что вы тут выращиваете? Бурьян?"
"— Смешной ты, барин. Здесь завсегда лук ростили. Потому и деревня наша Лучково.
— Почему именно лук?
— Наш лук особенный. Самый лучший. Его даже инператору отвозят.
— Где тогда этот лук?
Я вижу сильно обмелевшую речку. Вижу баб, стирающих белье. Детей, резвящихся у воды. Также вижу камыши, осоку и прочую болотную растительнось. Но я не вижу ни одной луковой стрелки.
— Папка говорил, раньше аж вон до той сопки все луком засаживали.
— А почему перестали?
— Река обмелела, стали только до вон той кочки садить.
— Окунек, не беси меня. Где ты видишь хоть одну луковку?
— Так трактор сломался.
Останавливаю машину. Выхожу. Прохаживаюсь вдоль берега. Очень похоже, что земля вполне пригодная. А у них… блин… трактор сломался. Эх, Рассея. Велика и богата, а порядка в ней нету. Окунек тоже вылез из машины и подошел ко мне.
— Ну ладно, Окунек.
— Почему это не застал, — вскинулся Окунек, — Очень даже застал. Раньше все на конях делали… ну, то есть до трактора.
— А после трактора? Может пора снова на конях?
— Так коней-то у нас теперь нет. Степняки всех коней отбирают. Наши перестали даже жеребят заводить.
— Ах вот оно что… степняки.
Это просто какой-то замкнутый круг. То Мышкин мне макры не продавал.
— А если на быках попробовать?
— Барин, ты видал в нашей деревне хоть одного быка? Нету ни быков, ни коров. Степняки все забирают.
— Ну хоть трактор они не заберут?
— Смешной ты, барин. Зачем степнякам трактор?
А в следующий миг мой радар маякнул красной точкой. Где это? В камышах что-ли? Но я вижу только мелкую девчонку лет пяти, забравшуюся в камыши.
— Ребенка! Ребенка из камышей уберите!
Поздно: «теневая тварь 2 уровня» — размером с небольшую собаку, но зубы как у крокодила. Цапает ребенка за ногу и тащит в глубь камышовых зарослей. Мелкая даже не вскрикнула, не сообразила, что происходит.
Зато бабы, наконец, опомнились и… заголосили.