Голову твари сковала ледяная корка, заставив его замереть.
Маги кинулись разрывать дистанцию. И вовремя. Бряк тряхнул башкой, ледяная корка разлетелась рассыпью мелких кристаллов. Хозяин кинулся в погоню, но снова застрял в очередной корневой довушке. Мастер проклятий обновил начавшее затухать проклятье. Ледышник обрушил на членистую конечность крупную ледяную глыбу, и конечность отчетливо хрустнула.
Бряк явно начал сдавать. Шкала здоровья стемительно опустошается, а маги продолжают оплетать его корнями, долбить сосульками и проклятиями.
Слабое место любого мага — беззащитность в ближнем бою. Если Резкая Жужа сблизилась с ним на расстояние удара, намагичить он ничего не успевает. И против летящей секиры тоже магичить уже поздно. Две мои стрелы пущенные в корневика, как две свечки на праздничный тортик. Маги выдают хороший урон, но сами они удар держат плохо.
Обрадованный победой над противными магами Акула ломанулся добивать Бряка. Я едва успел его окрикнуть:
— Назад! Куда под клешню…
Бряк, конечно, сильно потрепан, но жив и весьма опасен. Вместе с гибелью магов корневые плетения и ослабляющие проклятия перестали на него действовать. Еще не хватало, чтоб перекусил здоровяка своей огромной клешней.
Натягиваю тетиву и снова использую манок. Поскольку ни Акула, ни Жужа твари не нанесли пока никакого урона, та послушно развернулась и потянулась на заунывные звуки, подставляя моим товарищам широкую спину.
— Вот теперь можно, — кричу Акуле.
Тот подскакивает к хозяину и, хорошенько хекнув с натуги, отсекает твари заднюю конечность. Резкая Жужа так и вовсе по-кошачьи ловко запрыгивает ей на спину и выдает кинжалами серию ударов в уязвимые места. Я тоже выстрелил разок вернувшейся в колчан стрелой, но больше для проформы. Элитная тварь, хозяин болот повержен.
Лезу в интерфейс смотреть, сколько опыта нам отвалили.
Опасался я зря. Объема полученного опыта хватило.