Ероха остался в Москве. Он может узнать его адрес. А ему хватит наглости, чтобы заявиться домой к его жене. И Ярослав не сможет защитить ее... Может, все обойдется?
* * *Лето – пора экзаменов. Но их боятся только неисправимые двоечники. Ксения не из тех, кто круглый год бьет баклуши. Она постоянно в работе, и эта работа доставляет ей удовольствие.
Сегодня воскресенье. Хорошо бы погулять по парку, вернуться домой, принять холодный душ и сесть в кресло перед телевизором. Но у нее есть пианино. Это не просто ее отдушина, это самая настоящая радость жизни.
"Настоящий пианист должен все время совершенствовать технику игры. Для этого нужно иметь крепкие пальцы, постоянно их тренировать, особое внимание уделять слабому четвертому и проламывающемуся пятому пальцам. Техника должна быть интересной и своеобразной. В гаммах Баха и Генделя преобладает нонлегатный вид пальцевой техники, в пассажах Шопена – легатный, исполнение Листа требует стремительности, быстроты и огненности.
С сожалением она оторвалась от инструмента, нехотя поднялась, прошла в прихожую. Глянула в глазок. Какой-то солдат. Рыжие волосы, нос картошкой, да еще и конопатый. На погонах три желтые полоски. Ярослав учил ее разбираться в воинских званиях. Она не очень хорошо усвоила этот урок. Но, кажется, к ней стучится военный в звании «сержант». И у него такие же красные погоны, как у Ярослава, и околыш на фуражке такой же... Было бы лучше, если бы он сам пришел. Соскучилась она.
Пианино – живой организм, в обращении с ним требуется уважение и почтительность. Поэтому Ксения никогда не садилась играть в домашнем халате. Белая блузка с длинным рукавом, темно-серая юбка ниже колен. Ни единого намека на вульгарность. Так что ей не требовалось сейчас переодеваться, чтобы предстать перед сослуживцем Ярослава. Она смело открыла дверь.
– Здравствуйте! – смущенно улыбнулся он.
Замялся, руки сложил за спиной.