Ты – влажная, а он передумал.
Под неизвестными мне людьми прогибается кровать. Дальше – шебаршение и толчки спинки о стенку. В одном ритме. Под женские стоны. Со шлепками.
О Аллах, эту коробку что, сделали из картона?
Дрожу от переизбытка чувств. Изо всех сил затыкаю уши. Жмурюсь. Сильнее скукоживаюсь.
Хочу, чтобы они прекратили. Хочу не думать, что так же где-то в другом месте сейчас делает мой муж.
Начинает тошнить.
Я никогда не захочу заниматься этим. Никогда и ни с кем.
Никаких детей. Никакой семьи.
Мне становится легче, только когда там, за стеной, затихают. Я разжимаю руки, снова закрываю ими лицо, но дрожь успокоить не могу.
До меня доносится тихий смех. Они говорят. Хочется крикнуть: да ложитесь спать! Но на это я в себе сил тоже не нахожу.
Сама засыпай, Айка. Засыпай и не мешай другим.
***
Я провожу в гостинице половину ночи. Когда за стенкой снова начинаются игрища, не выдерживаю. Встаю, собираю свои вещи, спускаюсь на первый этаж и отдаю ключи.
Та же девушка на рецепции смотрит на меня с интересом.
Я кажусь вам странной? Не зря. Так и есть.
Выйдя на улицу, колеблюсь, куда заказать машину. Чувствую себя бездомной…
Родители звали к себе, но правда в том, что там меня не ждут. Не посреди ночи. Не с правдой. Позвонят Айдару. Отправят домой. Только проблемы ему создам. Нарушу уговор.
Не хочу, но выбираю адрес арендованного Салмановым дома.
Сердце подскакивает, когда, зайдя через калитку, вижу во дворе под навесом его машину.
Сейчас всего четыре. Он обычно не приезжает, если написал, что сегодня сторожу дом я. Разве что утром, чтобы переодеться. Когда я уже проснулась. Он входит в дом, я задерживаю дыхание и открываю окно, чтобы не уловить чужой запах.
Могу смотреть на него только после того, как примет душ."
"Но сегодня сама заношу в дом чужой запах. Самой кажется, что пропиталась дешевой гостиницей. Открываю двери тихо. Так же разуваюсь. Мне уже даже не хочется знать, что ему спать одному в нашем доме так же противно, как было мне.
Это была уже не месть, а желание сбежать от боли.
Ступаю в сторону лестницы на цыпочках, прижимая к бедру сумочку, когда слышу звуки на кухне.
Звон стекла, покашливание.
Сначала хочу ускориться, потом вжимаюсь пятками в пол. Прислушиваюсь сильнее. А если он привел сюда кого-то? Если привел ту, раз меня нет?
Дыхание учащается, к горлу опять подкатывают слезы. Если так – я с ним разведусь. И ей в глаза посмотреть хочу.