Значит, неблагородного происхождения, но круг общения по долгу службы состоит из аристократов. Наверняка девушка окажется охочей до слухов и сплетен, и можно будет заочно познакомиться с местными дамами, а заодно разузнать о хозяйке разорванного платья.
К ужину я надела один из присланных нарядов и снова направилась к Реджинальду.
Муж снова удивился моему появлению, словно успел позабыть о наличии жены. На лице его появилась растерянная улыбка.
– Рад видеть тебя, Марейна, – сказал он.
А вот лакей оказался более догадливым, потому что второй прибор уже стоял на столе, просто Реджинальд его не заметил.
К ужину подали больше овощей и даже десерт. И я поняла, что прислуга уже играет по новым правилам и учитывает интересы хозяйки.
И только управляющий поместьем все еще отсутствовал.
Реджинальд не шутил по поводу управления. После ужина мы вновь оказались в его кабинете.
– У меня скопилось некоторое количество денег, – начал муж. – В последнее время я почти ничего не тратил, а все время посвящал службе.
Что-то мне этот неведомый управляющий, как кость поперек горла. Еще не видела, а уже мешает.
– Кажется, он отсутствует в поместье, – напомнила я, – да и не хотелось бы мне на каждую булавку у него денег просить. Наверняка варт Герри очень занят сейчас чем-то важным, раз пропустил появление в замке супруги хозяина.
Реджинальд выдвинул ящик стола и достал оттуда пару мешочков с деньгами.
Судя по весу, в каждом из них был годовой бюджет поместья моих родителей. Во рту пересохло от осознания того, что такая сумма может лежать не в сейфе, а в обычном ящике стола.
– Вы меня балуете, – произнесла я внезапно севшим голосом.
Лорд посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, будто ожидал совсем не такой реакции.
– Гардероб жены маршала будет сопоставим по стоимости с небольшим замком, – с улыбкой сказал он. – Если модистка тебя не устроит, сообщи мне, я попрошу, чтобы прислали ту, что шьет для императорской семьи.
– Не стоит так тратиться, – смутилась я. – Мне бы не хотелось быть вам в тягость.
Реджинальд нахмурился.
– Ты тут ни причем. Это вопрос престижа императорской короны, – сказал лорд, – кто-то хотел, чтобы сразу после свадьбы разгорелся грандиозный скандал, последствия которого могли зайти очень далеко. Но я не для того потратил столько сил, чтобы наш хрупкий мир так легко сломался.
Реджинальд говорил страшные вещи.