Глядя на языки пламени, я размышляла: стала бы помогать, если бы узнала, что с моими родственниками случилась беда, а я могу легко исправить ситуацию.
– Если твоей родне действительно нужна будет помощь, я их не оставлю без поддержки, обещаю, – тихо сказал Реджинальд.
Он наклонился вперед и сжал мою ладонь, лежавшую на подлокотнике кресла. Только тут я заметила, как сильно сжала пальцы, и они буквально впились в обшивку.
От неожиданности я вздрогнула.
– Но я тебя очень прошу, Марейна, – продолжил дракон, – если кто-то будет искать твоего общества, попытается сойтись ближе, чем того требуют приличия, или будет навязывать дружбу – сообщи мне.
– А ты не рассматриваешь вариант, что заговора на самом деле нет, а это только повод посеять панику и внести разлад в только что созданные семьи? – спросила я.
Супруг задумался. Кажется, он так увлекся поисками врагов, что и вовсе не рассматривал такой вариант.
– Может быть, так и есть, – с улыбкой сказал Реджинальд. – Но я все равно прошу тебя соблюдать осмотрительность и сообщать мне обо всем, что тебя может насторожить на предстоящем приеме.
– Я так понимаю, сказаться больной и вовсе не прийти нельзя? – грустно улыбнулась я."
"Муж только покачал головой.
– Ты же все понимаешь. Твое замужество – ответственная работа.
Я кивнула.
– Придется поработать подсадной уткой, – согласилась я.
До приема оставалось катастрофически мало времени, а я ничего не успевала.
Реджинальд не скупился на покупки. Иногда мне казалось, что он просто сорит деньгами, настолько огромными были траты.
Примерки нарядов перемежались визитами парикмахеров, обувщиков и ювелира. Визит последнего показался мне совсем уж лишним, о чем я сообщила Реджинальду за ужином.
– Видишь ли, я бы хотел, чтобы ты носила фамильные украшения моей семьи. Супруги обычно надевают парные комплекты. Я решил переделать пару подвесок, что носили мои бабушка и дед.
Я только кивнула в ответ. Никакой сентиментальности. Мы продолжаем играть на публику и должны выглядеть идеально. В этом спектакле у меня есть своя роль, и я должна исполнить ее.
А вся забота, которую проявлял Реджинальд, была направлена не на меня.