Рядом с каждой было по книжному столу, пустой полке и небольшому комоду.
Скрипучая дверь вела во влажную и темную ванную комнату, за которой нашлась еще одна дверца, на этот раз в уборную. И я возликовала – какое счастье, что не придется рыскать по коридору в поисках отхожих мест!..
Правда, все выглядело довольно грязным и пошарпанным, но даже за эту комнату нам пришлось выдержать целую битву – распорядительница не хотела нас заселять. Заявила, что в общежитии есть места только для студентов Облака, так что добро пожаловать на выход!
Ищите себе пристанище в городе, пока не будете официально зачислены.
Ах, у нас нет денег на гостиницу или даже на простенький постоялый двор, потому что заклинание Драконьего Призыва выдернуло нас из привычной среды обитания? Вот –меня из похода, Хейди из кровати, а Брунгильду… гм…
Судя по всему, с войны.
Хотя, поди еще разбери, что за жизнь она вела на своем острове – Брун ничего о себе не рассказывала, и мне порой начинало казаться, что она родилась с мечом в руке и со строгим выражением на лице.
Но распорядительница – ее звали магисса Корфилд, не собиралась проявлять сострадание. Вместо этого вновь попыталась выставить нас на улицу, потому что не получала насчет нас никаких предписаний.
Но мы не сдавались.
К тому же прибыло то самое предписание – свиток с подписью и печатью декана, – после чего магисса моментально подобрела и выдала нам ключи от комнаты. Правда, от самой завалящей из всех.
Судя по всему, даже в женском общежитии существовала собственная иерархия, и мы оказались в самом низу… гм… пищевой цепочки.
Брун тоже подтвердила, что так оно и есть. На первом этаже селили начальные курсы целительниц и боевых магов, на втором – тех, кто проучился подольше. Зато на последнем, третьем этаже, проживали Всадницы, потому что там был выход на крышу, на которую могли прилететь их драконицы. Некоторые ящеры даже спали на верху общежития, чтобы не быть слишком далеко от своих хозяек.
Нет же, не так – со слов Брун выходило, что человек и дракон находились совсем в других отношениях, куда более сильных, чем родственные. Они были неразрывным целым.
У меня имелось время над этим поразмыслить, потому что мы с Брун тут же принялись за уборку. Она где-то раздобыла метелку, ведра и тряпки, а я наконец-таки стянула опостылевшую ветровку и засучила рукава."
"Перетрясла матрасы, вытерла пыль с мебели и выдраила подоконники.