На другой день утром, придя в участок, я узнал, что ночью арестовано агентами 12 душ, из коих было четыре женщины.
Всех женщин я отправил в больницу, где лично предъявил их потерпевшему крестьянину, предложив ему осмотреть их.
Не успел я окончить свое предложение крестьянину, как он, будучи возбужден, возвышенным голосом указал на одну из задержанных женщин, говоря, что она купила у него капусту.
Освободив остальных женщин, я с признанной потерпевшим женщиной пошел в участок, где произвел допрос ее.
Она оказалась сожительницей известного конокрада Шамарина, который также был задержан ночью и содержался под стражей у меня в участке.
Представив ей все доводы, уличающие ее в участии отравления крестьянина и сказав, что сожитель ее уже сознался в преступлении, предложил ей рассказать всю правду.
Долго она находилась в нерешительности и наконец, собравшись с силами и желая выгородить своего сожителя, сказала:
– Шамарин угостил крестьянина отравленной водкой, но ее приготовил товарищ мальчика Егора Дракина, некий Бочаров, последний отравил уже трех крестьян.
Фотографическая карточка Шамарина у меня была, я ее в числе других показывал больному крестьянину, который по карточке не опознал его.
Перед допросом Шамарина я предъявил его потерпевшему, который признал в нем того старшего мужчину, который угостил его соткой водки.
"Шамарин, сознавшись в отравлении крестьянина, заявил, что волы и телегу продал за 50 рублей в деревне Ошмяны Харьковской губернии и что отраву приготовлял Бочаров. Отрава состояла из хлоралгидрата, покупаемого Бочаровым в аптекарской лавке на Москалевлевской улице, на сотку водки всыпал он на 50 к[опеек] этого порошка.
Приказав задержать Дракина и Бочарова и освободив задержанных конокрадов, я с агентом выехал в деревню Ошмяны, где Шамарин продал мужику волов и телегу.
Задержанным оказался только один Дракин, Бочаров отсутствовал в Харькове.
Дракин подробно рассказал, как производилась травля людей:
– Хлоралгидрат покупала сожительница Шамарина. Последний в сотку водки всыпал на 50 копеек гидрата.