Когда-то я покоряла ледяные арены, выполняла сложные прыжки. Так неужели не справлюсь с лестницей? Хотя бы с лестницей, раз уж с накатившими чувствами справиться не в состоянии.
***Быстро преодолев расстояние от лестницы до распахнутого передо мной охранником внедорожника, я нырнула в салон. Глаза жгло злыми слезами. В чём я виновата?! Если бы не он, я бы, возможно, продолжила карьеру. Поставила бы на карту всё, но не отступила.
Передняя и задняя дверцы хлопнули одновременно, машина сорвалась с места.
Я чувствовала взгляд мужа, а сама упрямо смотрела в окно.
– Кого ты увидел во мне, когда мы познакомились? – повернулась я к мужу. – Ответь. – Он поджал губы. – Ответь, мать твою! Кого ты увидел во мне на тех соревнованиях?! Кого?!
В ответ на его молчание я горько усмехнулась. Что и требовалось доказать. С первой нашей встречи я была для него именно куклой. Красивой, гибкой, голубоглазой куклой.
– Ты ведь никогда в меня не верил. Никогда не воспринимал всерьёз. Ты… ты, как и все…
Губы его сжались плотнее, по скулам заходили желваки.
– Езжай быстрее, – бросил он шофёру. Я спрятала руки в рукава пальто. Самое худшее, что можно получить от того, кого любишь: равнодушие и отсутствие веры. Я всегда верила в него, а он в меня…
Прошлое
– Слушай, да откажись ты, – глядя, как я перебинтовываю ногу, с недовольством выговорил Женя. – На хрен тебе оно надо.
– В смысле на хрен? – подняла на него взгляд. – Это этап Гран-при.
– Да какая, к чёрту, разница! – уже с раздражением бросил он. – На тебе живого места нет. Займись чем-нибудь нормальным. Или тебе нравится убиваться об лёд?
– Тебе надо, ты и займись чем-нибудь нормальным, – я закрыла тюбик с мазью и, злясь, бросила в аптечку. – Давай закончим этот разговор.
Утренняя тренировка прошла не очень удачно. Полученный в конце прошлого сезона ушиб напоминал о себе всё чаще, и меня это начинало беспокоить.
– Ладно, – примирительно сказал он, подойдя ко мне, когда я встала. Обнял и поцеловал в висок. – Давай закончим.
Я вздохнула.