Хотя, если это действительно его вмешательство — до сих пор ноль идей, каким образом — он, скорее всего, и так примерно в курсе происходящего.
К тому же, в середине рабочего дня, Дубровский явно полностью поглощен работой.
Подумав секунду, все-таки нахожу его имя в списке контактов.
Можно просто написать СМС-ку, но это кажется каким-то… не правильным.
Наверное, на минуту разговора он найдет время? Или я вед себя как эгоиста?
Мы же друзья.
Мой палец зависает над иконкой вызова.
Друзья созваниваются и делятся друг с другом хорошими новостями.
Нажимаю на вызов. Слава отвечает после четвертого или пятого гудка, и у меня на секунду язык прилипает к нёбу. А потом я начинаю тараторить просто как ненормальная.
— Прости, что отвлекаю, — мозг поздно фиксирует, что я даже не поздоровалась. — Просто хотела сказать, что с Лилей… с моей сестрой… Мне сейчас звонил адвокат — сказал, что мы почти полностью вышли из риска тюремного срока и ее, кажется, не посадят. Боже. Я до их пор не могу поверить и…
Из меня льется как из чайника — слова облегчения, нервы, все невыплаканные слезы между строк, ужасы, которыми я накручивала себя каждую ночь и каждую свободную минуту.
Слава слушает, не перебивая.
— Спасибо тебе, — наконец, выдыхаю я. — Ты нашел этого Зайцева и… это сразу изменило дело. Знаешь, оно просто перестало быть таким безнадежным и мой адвокат…
Я делаю глубокий вдох, понимая, что давно вышла за рамки «двадцатисекундной вежливости».
"— Извини, что я так много болтаю… — пытаюсь исправить ситуацию. Хотя, кого я обманываю? Я давно могла бы сказать короткое «пока» и положить трубку, но вместо этого прислушиваюсь к тишине на том конце связи, которая нарушается редкими странными звуками и очень отдаленными голосами.
— Можешь выдыхать, Би, — наконец, говорит Слава. Спокойно, даже не пытается напроситься на комплименты по поводу своей помощи. — И не надо больше думать о плохом по ночам.
То, что он все помнит и не забывает даже незначительные мелочи, щиплет в носу.
— Я очень тебе благодарна, Слава, — говорю еле слышно. Так тихо, что сначала кажется — он не услышал ни слова.
Смотрю на свое отражение в зеркале и вижу, как снова по-детски скрещиваю пальцы.
Сначала мозг даже не фиксирует, почему.