Видимо, Белкина пришла к решению, что из своей жизни может меня пока полностью не вычеркивать. Теперь она снова со мной «дружит». Ох уж эти женщины… но чего еще ждать от восемнадцатилетней?
— Какие у нас планы? Вероника Кондратьевна говорила про лекции, — пытаюсь перевести Белкину в конструктивное русло.
— Сегодня будет только история Российской Империи, — Белкина ухватывается за возможность блеснуть осведомленностью, — Зато сразу две пары.
— Вот и прекрасно, пойдем слушать историю. История ничему не учит, зато наказывает за ее незнание.
— Пф-ф, Кротовский, откуда ты берешь такие сомнительные утверждения? — Белкина заулыбалась, мир полностью восстановлен.
Мы двинулись в учебное крыло вместе с остальными.
— А скажи, Белкина, только оракул умеет определять уровень и потенциал мага?
— Что ты, нет конечно. Любой опытный маг видит примерный уровень. А сильные маги и вовсе оракулу не уступают.
Упс, вот так обломчик.
— А зачем же тогда обращаются к оракулу?
— Оракул никогда не ошибается, — Белкина осекается, — Ну, кроме таких случаев, как твой.
А, ну да. Когда мы с Белкиной прикасались к оракулу, все, кто был в кабинете, получали те же сведения… жаль, я надеялся, что отхватил если не уникальный дар, то хотя бы редкий. Но ничего. Главное есть дар, а дар можно развивать.
В учебном классе мне пришлось сесть рядом с Белкиной за первую парту. Кто бы сомневался, что самая прилежная ученица выберет иное место, кроме как под самым носом преподавателя.
Преподаватель истории вошел в класс и ждал минут пять, пока угомонится вся группа. Я и подзабыл, насколько мало бывает внутренней дисциплины в восемнадцатилетнем возрасте. Они больше интересуются друг другом, чем обретением знаний. Юноши привлекают внимание девушек, девушки строят глазки юношам. Шушукаются, переглядываются, записочки какие-то друг другу перекидывают…
Но это ладно. Успокоились как-то.
И казалось бы, тема урока важная. Учитель рассказывал, как создавались наиболее влиятельные кланы.