— А на что вы спорите? — поинтересовалась я, потому что пока магия бегала по ладоням брата и сестры, они молчали.
— Просто на интерес, — ответил Мэт.
— Мы ведём счёт. И пока я выигрываю, — горделиво добавила Моника.
— Потому что жульничаешь, — добродушно поддел её брат.
— Ну и что, — радостно пожала плечами Моника. — Зато выигрываю.
На первом этаже располагался зал для торжественных церемоний, столовая и огромная бальная комната.
— Говорят, — шёпотом поделилась со мной Моника, — что в этой Академии на зимнем балу магистры и кураторы спускаются в танцевальный зал и веселятся наравне с адептами.
— Да ладно, — удивилась я.
В нашей Академии, где до этого училась я, любое вольное общение между адептами и преподавателями было запрещено. Следили за этим строго, и можно было легко попасть под отчисление за общение вне учебных классов.
— Да-да, — таинственно понизив голос, сообщила Моника, — и даже ректор посещает этот бал. Надеюсь, мне удастся потанцевать с нашим куратором, — мечтательно произнесла Моника и закружилась посреди коридора.
Я презрительно фыркнула. Хотя в глубине души была согласна с Моникой. Александр Норд был живым воплощением девичьих грёз. Но не моих. Не моих!
— А знаете, что ещё интересно, — быстро переключалась Моника. — Смотрите. У нас четыре магистра. И четыре куратора. Двадцать адептов. Было бы логично, если бы группы поделили по пять человек. Но!
Она подняла указательный палец и заговорщицки посмотрела на нас с Мэтом.
— Нет, Моника! — взмолился Мэтью.
— А он здесь есть! — уверенно воскликнула Моника. — Я чувствую, что такое разделение неспроста! Интересно, у кого из магистров самая маленькая группа?
— Может, просто кто-то не умеет считать? — с улыбкой предположила я, и Мэтью тут же протянул мне раскрытую ладонь.
Звонко хлопнув по его ладони, сочувственно посмотрела на Монику. Она в ответ состроила смешную гримасу и показала язык.
— А я докажу, что это неспроста, — рассмеявшись, сказала она.
Рядом со столовой мы встретили Берга.
— Самое главное, — невозмутимо сообщил он нам, — найти, где кухня и подружиться с поварихой.
— У тебя получилось? — полюбопытствовал Мэтью.
— Обижаешь, — проникновенно ответил Берг и достал из кармана яблоко. — Прелестную властительницу кастрюль и сковородок зовут Марта. У неё восхитительный голос и чарующая улыбка. А потому доступ в святая святых для нас открыт.
Потом был праздничный ужин.