Кто-то положил руку на плечо, и словно сквозь толщу воды я услышал заботливый голос отца:
— Иди к себе, Александр. Тебе нужен сон.
Я с трудом открыл глаза и поднял голову. Посмотрел на него долгим, остановившимся взглядом, лениво стараясь нащупать внутри себя силы, чтобы не спать. И неожиданно зевнул, подтверждая его слова.
Отец слегка сжал моё плечо и повторил:
— Иди. Тебе это жизненно необходимо сейчас.
Кивнул, чувствуя, что голова сейчас попросту отвалится. Встал. Расправил плечи, вдохнув полной грудью, и почувствовал, что отвоевал у сна ещё немного времени.
Проходя мимо Берга, хлопнул его по плечу, но даже посмотреть на парня или сказать что-то ободряющее сил не было."
"— За парня не беспокойся, — услышал за спиной уверенный голос отца, ещё раз кивнул и вышел из кабинета.
Коридор Академии казался бесконечным. Я шёл, еле переставляя ноги. Сознание затуманивалось, а веки всё больше и больше тяжелели с каждым шагом.
Старинные светильники в этот час едва теплились, и лунный свет, проникающий в окна, создавал на каменном полу причудливый узор.
«Ещё немного… просто дойти до комнаты. Я даже раздеваться не буду», — мечтал я о собственной кровати и упрямо переставлял ноги, временами спотыкаясь.
Ввалившись, наконец-то в комнату, я рухнул на кровать, и сознание начало уплывать в мягкую темноту сна…
...Реальность растворилась.
Сон подхватил меня, как послушный поток воздуха, и я, как будто расправив крылья, полетел туда, куда тянулась и звала тонкая магическая нить.
«Я ждала тебя», — прошептала Клео.
Её фигуру окутывало нежное сияние. Полупрозрачная дымка доверчиво льнула к ней, укрывая от моих глаз.
Я сделал шаг вперёд, чувствуя, как сердце заходится от нежности, и это ощущение было удивительно новым для меня. Клео хотелось немедленно обнять, крепко прижимая к себе, и вместе с тем любоваться издалека, как изысканным произведением искусства.
Когда приблизился вплотную, звонкий мятный аромат закружил голову, и я опьянел на несколько мгновений и замер, не доверяя себе.
Мои пальцы осторожно прикоснулись к её щеке, такой тёплой и нежной, что я, наконец-то, поверил в реальность происходящего. Она поддалась мне навстречу, прикрыв глаза.
А я… я утонул в её лёгкой улыбке. Ошалел от доверчивой откровенности.
Мои руки скользнули по её обнажённым плечам, оставляя за собой дорожки тепла, желая укутать и согреть. Холодно не было, но мурашки, которыми покрывалась кожа Клео, говорили мне об обратном.