Никанорыч самого в колодец спустит.
– Но их ведь ищут! И найдут. Нам тут не сладко будет…
– Посади их в трофейный бронетранспортер, заложи радиоуправляемую мину и на ночь вывези в лес. Чтоб всегда на колесах были…
– Понял! – развеселился «каскадер», которого хлебом не корми, только поставь какую-нибудь задачу с прибабахом. – И прочешем окрестности, дороги. Заодно посмотрим, не рыщут ли «духи мертвых».
Прежде чем вернуться в свой коттедж, Воробьев помялся на улице, продумывая линию поведения с Капитолиной, отработал основные положения и после этого толкнул дверь.
– Ужин готов, Воробей! Я жду тебя!
Внезапная фамильярность его покоробила – он с детства не терпел своей фамилии из-за постоянного прозвища, – но тут сделал вид, что ничего не заметил.
– О, прекрасная Дара! Подавай скорее на стол!
– Что это с тобой? – между тем насторожилась она.
– Что? На улице снег, промок…
– Я не об этом. Отчего ты стал лукавить?
– Лукавить?.. Это от голода!
– Смотри, Воробей. – Она погрозила пальчиком. – При мне будь таким, какой есть. Иначе не стану кормить.
– Почему – Воробей? – обиделся он.
– Потому что похож. И совсем нет оснований обижаться! Я тебе даю гордое прозвище!
– Гриф – гордое прозвище.
– А врабий, как называли эту птицу в древности? – засмеялась Капитолина и стала читать наизусть: – «Запоет врабий – и взойдет солнце, заверещит врабий – час полуденного гимна возвестит, а во след ему всякий гой руки воздымет, дабы источилась благодать в его сущность, но заплачет врабий, и мы слезой умоемся, ибо замирает в час ночной живая и неживая материя…»
– Это про меня? – усаживаясь за стол со странным чувством нереальности, спросил Воробьев.
– Это про птицу, живущую исключительно по движению солнца, – пояснила Капитолина, украшая зеленью блюдо с чем-то дразняще-вкусным.
Он взял вилку, занес, чтобы ковырнуть содержимое большой тарелки, и не успел: в комнату ворвался Кутасов.
– Володя!.. Выйдем, разговор есть! – Глаза его рыскали по сторонам, но видели лишь женщину в комнате.
– Что там? – привстал Воробьев."
"– Он пришел сказать, что пленных в подвале нет, – спокойно сообщила Капитолина. – И что охранники несут полный бред и, видимо, с сильного похмелья.