– Вот, еще и верный, – она продолжала разглядывать теперь уже бывшего парня. Жалко, очень жалко уходить от такого, но есть риск застрять в статусе вечной сожительницы."
"– Ну погоди года три-четыре, я созрею, – Жаркий с трудом разлепил один глаз и посмотрел на девушку. – Иди сюда, – похлопал рукой по дивану.
– Года через три-четыре я перезрею, как ты этого не понимаешь? – вздохнула Лена.
– Ты ж не груша. И не слива, чтобы перезреть. Ты моя сладка мармеладка. Давай, топай сюда.
– Всё, Жаркий, хватит, – отмахнулась она.
– Ага. Звони, если вдруг что, – еще раз широко зевнув, Денис погрузился в сон.
Елена только покачала головой и пошла на выход. Сейчас девчонки объявят на него охоту. Ну-ну, пусть. Зубы обломают только и ногти сточат. Уж она за это время всю троицу Жарких братьев хорошо узнала. Шалопаи, обаятельные оболтусы, компанейские ребята с аллергией на серьезные отношения. Ни прогнуть, ни продавить, ни обхитрить.
Жаль, Денис ее родителям нравился. Мама теперь всю плешь проест, как она посмела уйти от такого парня. Как-как, ногами. Пожелав удачи всем его будущим скопом и каждой по отдельности, Елена решила быть зрителем и наблюдать из первого ряда, как битва за Жаркого вспыхнет с новой силой.
А уж если чем-то насолить его сестрице – тут уж сразу туши свет и уходи огородами. Алла на язык острая и за словом в карман не лезет. Но, в целом, девчонка неплохая.
– Денис, я ушла, – крикнула Лена от двери. С дивана донеслось невнятное бормотание типа “Пока” или “Угу”.
Оставив ключи в вазочке, Лена захлопнула дверь. Долго горевать она не собиралась, но теперь никаких “пожить вместе” без штампа.
Выспавшись, Денис растер руками лицо, с удовольствием потянулся. Приснилось или нет? Вроде нет. Черт, Ленка всерьез ушла. Жаль, конечно. Но не так, чтобы бросаться за ней вслед. Пошарив по дивану, нашел телефон.
– Ленусь, ты что, серьезно? – задал вопрос сразу, как только девушка произнесла “Алло”.