Миша в тот день так и не перезвонил. И если раньше меня бы уже колотило и выворачивало от боли, то потрясение от разговора с Владом дало возможность занять мозги другими мыслями. Юля не выходила из головы, мигренью отдавая в виски. Паша, Влад. Их исковерканные судьбы…
На следующий день, в субботу, мы с Данькой съездили вначале на рынок, а потом в супермаркет — закупились продуктами в ожидании гостей.
Когда малой стал помогать относить покупки в дом, сердце сжалось глядя на то, как он с усилием волочил кульки.
И вот теперь мой сынуля, мой маленький мужчинка, не спрашивая стал помогать. Было чему поразиться и заставить себя сдержать слезы. Нет, он еще не знал о том, что мы с его папой расстались, жизнь для него продолжалась, как и прежде. Предстоящий сложный разговор неприятно покалывал мое сознание.
Не подумайте, я тогда не настолько забурилась в обиду, сделав Мишу виновным в развале семьи. Помимо этого внутри чувствовала благодарность, так как он взял на себя самое тяжелое. То, на что решиться сама если бы и смогла, то очень не скоро.
С Ромкой поговорить по душам смогли поздно вечером, когда его жена Оксана отправилась укладывать детей спать.
— Ты Влада видела после того? — задал он вопрос, который, видимо, ковырял больше остальных.
— Да. Вчера. — Прикуривая сигарету, внимательно изучила брата. — Он не просил об этом, но я, прежде чем рассказать, попрошу — никому ни слова. Пообещай.
— Тю. Это и так понятно. — Слегка оскорбился в ответ.
— Ром, ни при каких условиях, понимаешь?
— Даш, я ж не маленький. Все, что сейчас услышу — останется между нами. Обещаю.
Во время моего пересказа Роман в основном молчал, лишь пару раз задав какие-то уточняющие вопросы, а по окончанию, пристально уставился, сощурив глаза:
— И что он хочет? Или вы случайно с ним столкнулись?
— Нет.
— А Миша твой где? Блин, Дашка, что у тебя в жизни творится?
Натянуто улыбнувшись, сделала пару глотков пива:
— Ты еще не все знаешь.
В этот момент нас отвлекла Оксана. Дочери требовали сказку на ночь от папы.